Шрифт:
Эрленд задумался.
— А не могли бы вы послать кого-нибудь убрать в его номере, а я бы прошелся перед открытой дверью? Это трудно сделать?
— Войдите в мое положение, — взмолился администратор. — В первую очередь мы заботимся об интересах наших клиентов. Они имеют право на частную жизнь, как дома. Если я нарушу правило и это выплывет наружу или дело дойдет до суда, наши гости перестанут доверять нам. Проще и быть не может. Поймите меня правильно.
— Мы расследуем убийство, совершенное в отеле, — напомнил Эрленд. — Разве слухи об этом еще не дошли аж до самого дьявола?
— Покажите разрешение на обыск, тогда и никаких проблем не будет.
Эрленд вздохнул и отвернулся. Достал телефон и позвонил Сигурду Оли. Целую вечность никто не отвечал. Наконец Сигурд взял трубку. Эрленд услышал голоса на заднем плане.
— Что там у тебя происходит? — спросил Эрленд.
— Рождественский пирог, — ответил Сигурд Оли.
— Пирог?
— Я разрезаю рождественский пирог. У нас в гостях семья Бергторы, все тем же составом, как и на каждое Рождество. Ты вернулся домой?
— Что там выяснилось у англичан по поводу Генри Уопшота?
— Я еще жду известий. Получу информацию завтра утром. Он в чем-то замешан?
— Я подозреваю, что он пытается избежать анализа слюны, — сообщил Эрленд и увидел, что к нему идет старший администратор с листком в руке. — Сдается мне, что он намерен улизнуть из страны, не попрощавшись с нами. Поговорим завтра утром. Смотри не отрежь себе пальцы.
Эрленд убрал телефон в карман. Администратор подошел к нему.
— Мне пришло в голову проверить кое-что насчет Генри Уопшота, — сказал он, протянув листок Эрленду. — Вдруг вам это как-то поможет. Я не должен бы так поступать, но…
— Что это такое? — спросил Эрленд, взглянув на бумажку. Там было указано имя Генри Уопшота и какие-то даты.
— Он приезжает в наш отель на каждое Рождество в течение последних трех лет, — ответил старший администратор. — Может быть, это говорит вам о чем-нибудь.
Эрленд уставился на даты.
— Уопшот сказал, что никогда раньше не бывал в Исландии.
— Я не в курсе, — отозвался служащий, — но он бывал в этом отеле и раньше.
— Вы не помните его? Если он постоянный клиент…
— Не припомню, чтобы именно я регистрировал его. В отеле более двухсот номеров, и на Рождество всегда столько хлопот. Он запросто мог слиться с толпой, кроме того, он не задерживался надолго. Всего на несколько дней. Я не обратил на него внимания в этот раз, но вспомнил, кто он такой, поглядев на регистрационную запись. В каком-то отношении вы с ним похожи. С некоторыми индивидуальными запросами.
— Что значит — похожи? Какие еще индивидуальные запросы? — Эрленду трудно было представить, что могло бы объединять его с Генри Уопшотом.
— Он, кажется, интересуется музыкой.
— О чем вы говорите?
— Посмотрите сюда, — сказал администратор, указывая на листок. — Мы отмечаем особые пожелания наших гостей. В большинстве случаев.
Эрленд прочитал записи.
— Этот господин попросил проигрыватель к себе в номер. Но не новый плеер для дисков, а старую рухлядь. Как вы.
— Проклятый лгун! — прошипел Эрленд, вытаскивая телефон.
16
Разрешение на арест Генри Уопшота было получено поздно вечером. Его задержали при посадке на рейс в Лондон и отправили в камеру при полицейском участке на Окружной улице. Техники-криминалисты пришли в отель около полуночи. Они тщательнейшим образом обыскали номер на предмет орудия убийства, но овчинка выделки не стоила. Полицейские обнаружили только дорожную сумку, которую Уопшот, очевидно, решил оставить, и бритву в ванной комнате. В номере нашелся старый проигрыватель, похожий на тот, который Эрленд позаимствовал в отеле, телевизор и магнитофон, несколько британских газет и журнал Record Collector.
Специалист по отпечаткам пальцев искал доказательства того, что Гудлауг приходил в номер. Он обследовал края стола и дверной проем. Эрленд стоял в коридоре и наблюдал за работой техников. Ему хотелось курить. Он мечтал о своем кресле и книгах и о бокале ликера «Шартрёз», потому что наступило Рождество. Ему захотелось вернуться домой. Он не понимал, почему поселился в этом безжизненном отеле. Он совсем не знал, что ему с собой делать.
Техники рассыпали по полу белый порошок для снятия отпечатков пальцев.