Ей удалось закончить свою работу лишь к трем часам ночи. И когда она развесила портьеры, поняла, что игра стоила свеч. Смотрелись они прекрасно, комната обрела законченный вид. Правда, не хватало ковра, который сейчас чистил и приводил в порядок специалист.

Маргарет налила себе выпить и, поднявшись наверх, решила проверить, как там Кевин. После чего все же решила пойти и лечь, оставив двери открытыми, как она обычно делала, когда Дональда не было дома.

В половине пятого, когда она продолжала беспокойно ворочаться, Кевин залез к ней в постель и свернулся калачиком в ее объятиях.

— Головка болит, — прошептал он.

— Правда, дорогой? Мне тебя очень жаль. — Она нежно поцеловала его в лоб рядом со швом и прижала мальчика к себе. — Хочешь, я расскажу тебе сказку?

— Давай…

Маргарет пришлось взять на себя роль сказочницы, и она сочинила историю про маленького мальчика Кевина, который, отправившись на поиски приключений, нашел брата-близнеца.

— И с тех пор они жили долго и счастливо, — закончила она повествование.

— Это все? — пробормотал он.

— Ага. Засыпай, я рядом с тобой.

— Как Тони? — зевнув, спросил Кевин.

— С ним все в порядке. Звонил папа и сказал, что утром они, наверное, будут дома.

— Вот хорошо. А то я скучаю без него, — сказал Кевин и снова заснул.

Фанни подобралась к кровати, легла у ног Маргарет и тут же стала похрапывать, а вскоре и сама Маргарет провалилась в глубокий сон.

В таком виде Дональд и застал их, когда в половине восьмого заехал домой принять душ и переодеться. Заглянув в спальню и обнаружив, что Кевина нет на месте, он в слепой панике кинулся в комнату Маргарет, где и нашел своего сына мирно спящим на руках у няни. Собака, примостившаяся в изножье кровати, поприветствовала его взмахом хвоста.

Испытав мгновенное облегчение, полностью обессиленный, он привалился к косяку. Спать этой ночью ему, конечно, не пришлось. Беспокойство за состояние Тони усугублялось гневным возмущением в адрес и Маргарет, и мальчишек. Она была обязана быть с ними. Но в той же мере и они были обязаны слушаться ее, а если этого не произошло, то часть вины лежала и на нем, неправильно воспитавшем их.

Так что он злился и на себя. Эта гремучая смесь эмоций вымотала его до предела.

Дональд видел, что творилось с Маргарет. Ночные переживания оставили на ее щеках дорожки от выплаканных слез, и он испытал угрызения совести за ту резкость, которую обрушил на нее прошлым вечером.

Никто из них не совершенен. Дональд еще раз присмотрелся к Кевину, дабы окончательно увериться, что с малышом все в порядке, после чего, отвалившись от косяка, прошел в свою спальню, стянул одежду и встал под душ.

Тугие струи горячей воды смыли с него страхи и переживания прошедшей ночи; он почувствовал себя чистым и внутри, и снаружи. Выключив душ, Дональд стянул с вешалки полотенце и насухо вытерся, после чего направился в спальню за сменой свежего белья.

Но, едва сделав шаг, он остановился как вкопанный. На краю его необъятной высокой постели сидела заспанная и обаятельная Маргарет. При виде мистера Кимберли она вытаращила покрасневшие от недосыпа глаза, но тут же отвернулась. А он, сорвав с крючка халат, укутался в него, после чего подошел и сел рядом.

— Как он? — сдавленным голосом тихо спросила Магги.

— Все прекрасно. Спокойно спит. Сейчас я возвращаюсь в больницу. Что с Кевином?

— Он не мог уснуть.

— Как и я.

Маргарет смущенно улыбнулась.

— Я тоже, — держа руки на коленях, она ломала пальцы. — Дональд, я настолько виновата перед вами…

Он положил руку поверх ее сплетенных пальцев и мягко сжал их.

— Все бывает, Маргарет. Тони рассказал мне, что вы строго приказали им не ходить в лес. Он признался, что во всем виноваты они сами…

— Ему всего восемь лет. — В ее голосе была неподдельная мука. — Как дети могли послушаться, когда перед ними было такое искушение? Им нравится бывать в лесу. И я должна была понять, что не стоит полагаться на их обещания…

— Маргарет, перестаньте. Ничего страшного не случилось…

— Как вы можете так говорить? — возмущенно прошептала она. В ее огромных глазах стояли слезы, готовые вот-вот пролиться, и Дональд, увидев, в каком она состоянии, привлек ее к себе.

— Успокойся, милая, — прошептал он, и Маргарет, обмякнув, прильнула к нему, содрогаясь от рыданий, которые все время подавляла.

Вскоре она отстранилась, вытерла ладонями слезы и отошла, чтобы привести себя в порядок.

— Простите, — пробормотала Маргарет, снова поворачиваясь к нему. На ее бледном лице глаза сияли как васильки, промытые дождем. — Значит, вы хотите, чтобы я покинула вас? — еле слышно спросила она.

— Нет. Может, потому, что вы нужны здесь и мне. Да и, честно говоря, я считаю, что это был несчастный случай и вы ни в чем не виноваты. Если бы ребята были на моем попечении, я мог бы оказаться в точно таком же положении.