– А как штурмовать будем этот замок? – подал голос Николя.

– С наскока, дружище. Арестованные на допросе показали, что там всего лишь пяток припухших от пьянки сторожей, да и те не знают толком, что охраняют. У них и ничего, кроме пистолетов, нет. Резко снижаешься прямо во двор, и при подстраховке пулеметов врываемся вот в эту караулку. – Танти включил пространственный боефикатор, внутри которого возникло изображение замка Эхни. – Возможны засады вот в этом донжоне и вот в этих чердачных помещениях. Вроде трудностей с захватом быть не должно, но вот последующий осмотр следует провести более чем тщательно. Потому что арестованные, давшие показания, уточняли: склады формировал еще отец нынешнего маркиза. Он погиб в прошлом году, где-то на одной из далеких планет пограничья. И даже сам нынешний владелец еще ни разу там не проводил полную инспекцию. Только и видел через обзорную камеру пару помещений, а вот вскрывать и менять коды доступа на дверях не стал.

– Так у нас и коды есть?

– Естественно! Да и не было бы, даром, что ли, столько взрывчатки набрали?

– И не только взрывчатки, – самодовольно отозвался Армата. – Я успел целую горку мин в пятый отсек трюма загрузить.

– То-то, я смотрю, мы так тяжело летим! – возмутился Николя, управляя штурвалом. – И когда только успел?

– Пока ты с Танти у полковника Капочи задание получал, ко мне интенданты подвалили и спросили: «Че надо?» Ну я и не стал холить свою скромность, а побаловал запасливую натуру.

Настроение в группе было отличное. Задание казалось – проще не бывает. Всего-то и дел, что спеленать нескольких сторожей да осмотреть замок.

Через полчаса оказались на месте. Вечер уже вступил в свои права, но орбитальные отражатели давали освещение чуть больше половины от дневного. Да и сканирующие радары на «Ирридане-9» стояли самые современные.

Прошли вначале на большой высоте и чуть в стороне. Но ничего подозрительного не заметили. Ушли за горизонт, там сделали разворот, снизились до самой земли, и Николя мастерски повел флайер к цели. Создавалось впечатление, что брюхо устройства обязательно заденет выступающие участки или деревья, но истинный профессионал показал наивысший класс. Только и сделал маленькую горку, перелетая через высокий, метра под четыре, забор. А потом флайер плюхнулся на двор, и восемь человек ринулись на выход. Трое остались у пулеметов, подстраховывать товарищей, а пилот за штурвалом. Мало ли что, да и без него прекрасно справятся.

Но как только пробежали первые метры по плитам двора, как зачастили пистолетные выстрелы. Били в упор из четырех стволов, но малый калибр на одетых в средние скафандры воинов не оказал никакого влияния.

– Вот шустрые! – только и воскликнул по рации Танти. – Словно нас ждали. Пулеметы!

Но еще чуть раньше, чем пулеметчики отыскали окна, из которых стреляла охрана и открыла по ним ураганный огонь, застрекотали сразу три автомата. Здесь уже опасность оказалась многократно выше. Нападающие шарахнулись в стороны, уходя от огня, но при этом три человека все-таки получили значительные ранения.

Оставшиеся на ногах по команде командира применили гранаты, забрасывая как укрепленные двери, так и окна, которые оказались застеклены. Да только стекло было бронированным! Его даже штурмовые пулеметы с борта не брали, а медленно летящие гранаты просто отшвырнуло обратно во двор. При этих отскоках осколки разлетались так сумбурно, что среди восьмерки штурмующих оказался еще один раненый.

Да только отскочивший к боковой двери Парадорский ни раненых не заметил, ни стонов их не услышал в грохоте боя. А бегущий впереди Армата сразу приклеил на двери четыре взрывателя и прильнул к стенке. Командир только успел упереться шлемом с другой стороны, как грохнул взрыв и дверь выпала наружу. Да так неудачно выпала, что бросающий внутрь гранату Армата получил удар в бедро и отлетел метра на три назад.

Тогда как Тантоитан после взрыва гранат внутри заскочил в широкий коридор и, поливая огнем из своего игломета все, что шевелится, рванул внутрь здания. У него до сих пор в сознании сидела мысль, что следует только чуток надавить на врага и всякое сопротивление будет сломлено. И только когда на пятом шагу пол под ним провалился и он полетел в полную темень, осознал, насколько глупой и опрометчивой оказалась атака. А потом его шлем ударился о какие-то конструкции с острыми углами и раскололся. Причем сразу же в подвальное помещение хлынул хорошо известный Парадорскому газ, флурин. Редкостная и страшно дорогостоящая вещь, но тем не менее существующая. От флурина, даже не вдыхая, а только соприкасаясь кожей, человек терял сознание. Да и запах у этого сонного средства считался на редкость специфическим, потому сразу и узнавался.

И вот только в этот момент удалось расслышать отчаянные вопли Николя:

– Тан! У нас четверо раненых и Армата хромает! А с чердака высовываются дула спаренной зенитки.

– Чарески! Слушай мой приказ! – Когда он уже по фамилии обращался к друзьям в бою, значит, даже сотой доли секунды не давалось на обсуждение или обдумывание приказа, только немедленное исполнение. – Срочная эвакуация. Меня не спасти, мне гайка… – И, уже почти теряя сознание, прошептал: – Позже отомстите за меня.

К тому времени остающиеся на ногах воины заволокли раненых во флайер. При этом недюжинная сила Безразмерного сыграла решающую роль: они успели прикрыться корпусом летательного устройства от начавших все кромсать снарядов зенитки.

– В кресла! – заорал Николя, заталкивая отставшую боевую подругу внутрь закрывающимся трапом.

И тут же совершил резкий взлет, потом крутой вираж, и пара нырков с поворотами смешала незакрепленных воинов в одну кучу, и с минуту они только ругались со стоном. И только когда Николя стал делать доклад в штаб, все поняли, кого среди них конкретно не хватает.