— Щенки все хорошенькие, а сколько с ними хлопот! — проговорила Сесил, не испытывая ни малейшего сочувствия.

— Но я буду его кормить, выводить на прогулку, купать. Тебе ничего не придется делать, я обещаю.

— Я уже все это слышала, — сухо ответила Сесил.

— Пожалуйста, мама. Большое, большое пожалуйста!

Закрыв сумку, Сесил выпрямилась и вздохнула. Хорошо бы иметь каменное сердце. Когда дочь просит, ей невозможно отказать.

Но Сесил еще ничего не успела ответить, как холодный мокрый нос ткнулся в ее колено.

— Мама, посмотри, он тебя любит!

Поморщившись, Сесил повернулась к барбосу.

— Он совсем меня не любит, просто, наверное, голодный. — Она махнула рукой. — Ты только взгляни, какой огромный зверь.

Вероятно, пес принял ее жест за ласку — встав на задние лапы, он уперся передними ей в грудь. От неожиданности Сесил села на землю, а пес стал облизывать ей лицо.

— Пошел вон, болван! — закричала она, отворачиваясь. — Сисиль, ради Бога, угомони эту дворнягу!

— Шегги, назад! Ко мне!

— Что случилось?

Через голову пса Сесил увидела откуда-то возникшего Рэнда.

— Убери этого зверя! — взмолилась она.

Рэнд схватил собаку за загривок и оттащил в сторону. Сисиль тут же метнулась за ним и, встав на коленки, обняла пса за шею.

— Ладно, Шегги, — прошептала она. — Мама не хотела тебя пугать.

— Его пугать! — негодующе воскликнула Сесил.

Рэнд помог Сесил встать на ноги.

— Я не знал, что у вас есть собака.

— У нас нет никакой собаки, — сердито заявила Сесил, отряхивая платье. — Этот пес появился, когда мы тренировались, и Сисиль стала с ним играть. А теперь она хочет взять этого зверя домой. — Отряхнув грязь и пыль с платья, она решила выместить свое плохое настроение на Рэнде. — Где ты пропадал? Забыл, что у нас дополнительная тренировка перед игрой?

— Нет, не забыл, но в больнице были срочные роды. Я пытался тебе дозвониться, но тебя уже не было дома. — Он обнял ее за шею. — Ты соскучилась?

— Нисколько, — проворчала она, пытаясь удержать злость. Но успокаивающее прикосновение его руки смягчило ей сердце. — Знала бы, пригласила бы кого-нибудь еще на тренировку.

— Трудно тебе пришлось с мальчишками?

Она закрыла глаза и откинула голову на его руку.

— Нет, не очень. Ребята настроены по-бойцовски. Мы будем играть с «Королями», до сих пор они считались непобедимыми. Мальчишки хотят разгромить их в пух и прах.

— И мы их разгромим.

Сесил открыла глаза и нахмурилась.

— С чего такая уверенность?

Рэнд подмигнул ей и таинственно улыбнулся.

— С того, что сегодня, я чувствую, счастье мне сопутствует. — С этими словами он поднял сумку со спортивным инвентарем. — Пошли, Сисиль. Пса можешь взять с собой. Он будет членом семьи и талисманом команды, приносящим счастье. — И они направились на игровое поле, а собака побежала за ними.

Сесил смотрела им вслед. Член семьи! Что происходит, она ведь не разрешила Сисиль взять собаку в дом!

— Эй! Минуточку! — крикнула она. — Мы не собираемся брать этого пса.

— Собираетесь, собираетесь, — ответил Рэнд не оборачиваясь. — Из него выйдет прекрасный сторож.

Глядя ему в спину, Сесил сжала кулаки. Она чувствовала себя одураченной. Никому еще не удавалось одурачить Сесил Кингсли. Она пошла за ними; настроение ее опять упало.

К шестому метанию настроение у Сесил исправилось самым невероятным путем. Она забыла о собаке, о своем решении не брать пса в дом, о раздражении, которое вызвал у нее Рэнд, заронив в головку Сисиль надежду на то, что четвероногий ее приятель будет принят в члены семьи.

Все это случилось потому, что «Белые носки» обошли «Королей» в четырех периодах. Игроки уже не сомневались, что Шегги — официальный талисман команды — приносит счастье, и каждый перед выходом на поле гладил собаку по голове.

Сесил не верила в талисманы, приносящие счастье. В ее жизни не было подобных примеров. Но ее отношение к собаке стало постепенно смягчаться. Даже когда она чуть было не упала, споткнувшись о животное, Сесил сдержала себя. Если мальчишки считают, что пес приносит счастье, кто она такая, чтобы с ними спорить? В этот день они играли лучше, чем когда-либо прежде, и похоже было на то, что победа у них уже в кармане.