Он умолк на мгновение, и мне показалось, что в его голосе прозвучало сожаление. Вероятно, у него когда-то были соответствующие планы, но потом они исчезли вместе с частью его тела. Возможно, у него была женщина, которая любила его, но потом не смогла смириться с физическими недостатками искалеченного одноногого и одноглазого человека. Лично я привыкла за эти несколько дней к черной повязке на лице и протезу на ноге. Сейчас они казались мне его неотъемлемой частью, чем-то присущим его самобытному существованию. Тем более что он хорошо выглядел, если, конечно, не брать во внимание физические изъяны. У него были коротко подстриженные светлые волосы. Он все еще сохранял физическую силу, а его единственный глаз, как я успела заметить, довольно часто скользил по изгибам моего тела. Может быть, я привлекала его внимание как женщина? Вполне вероятно.

В этот момент к нему подошел молодой сотрудник и протянул кредитную карту.

— Все готово, сэр. Доктор Джеми Ли Яманака. Некоторое время назад проживала в Ноксвилле, штат Теннесси.

— Это она? — Пирс, казалось, удивился еще больше, чем я.

— Да, сэр. Она была профессором университета Теннесси.

— Была? Она что, умерла? — спросила я.

— Да, мэм, семь лет назад.

Семь лет назад — это лишь немного раньше того времени, когда была убита супружеская пара Мастерсон. Я пристально посмотрела на молодого человека:

— Вы знаете, от чего она умерла?

— От рака, мэм. Это все, что они сообщили мне. По всем признакам видно, что она пользовалась в университете огромной популярностью. Секретарь все еще говорит о ней как о добром и хорошем друге.

— Значит, это телефонный номер университета? — спросил Пирс, подняв вверх кредитную карточку.

— Нет, ее овдовевшего мужа Барри Сэнфорда. Я не стал звонить ему, решив, что вы сами захотите поговорить с ним.

Молодой парень ушел, а я еще раз подумала, что многие сотрудники ФБР намного моложе меня. Правда, эти мысли быстро развеялись при виде злосчастной кредитной карты. Пирс верно оценил мой взгляд и протянул ее мне.

— Займитесь этим, — сказал он.

У Барри Сэнфорда был голос пожилого человека. Может, эти семь лет не прошли бесследно и он до сих пор не может смириться с утратой. Тем не менее он согласился поговорить со мной.

— Сожалею, но Джеми умерла некоторое время назад. Повторите, пожалуйста, откуда вы?

— Я Ромилия Чакон, — представилась я и немного помедлила. — Из ФБР.

— ФБР? А что случилось?

— Сожалею, что приходится беспокоить вас, сэр, но нам необходимо выяснить некоторые вопросы, касающиеся расследуемого нами дела.

— Какого еще дела?

— Я не уполномочена говорить о нем.

— О, — устало произнес он. Однако мой ответ не помешал ему уточнить некоторые детали, возможно, не очень для него приятные. — Как вы нашли мой номер телефона?

Я рассказала ему о кредитной карте. Он молча выслушал меня, а потом в трубке послышался тяжелый вздох. Точнее сказать, это был выдох грусти, свойственный старым вдовцам.

— Это карточка Бобби.

— Бобби?

— Да, Бобби Грина, моего племянника.

— А вам известно, мистер Сэнфорд, где он сейчас находится?

— Извините, но я не видел его уже более трех лет. Нет, двух. Он заезжал ко мне примерно в это время пару лет назад. Остановился на несколько дней, не больше. Я был рад видеть его, и мне было интересно узнать, как у него дела.

— Значит, все это время у вас не было с ним никаких контактов?

— Да, он присылает мне открытки время от времени и сообщает о своих путешествиях.

— Он много путешествует?

Старик тихо засмеялся:

— Да, Бобби любит переезжать с места на место.

— Значит, он может себе позволить это?

— Да, деньги для него не проблема. Его тетушка позаботилась об этом перед смертью. Джеми зарабатывала деньги, а Бобби тратил их на свою жизнь.

Меня не отпускало чувство некоторого смущения из-за того, что приходится задавать этому старому человеку неприятные вопросы.

— Вы должны понять меня, мисс… как вы сказали? Мисс Чакон? Простите, у меня стала короткая память. Так вот, у Бобби было нелегкое детство. Я имею в виду его отца и все такое. В нашем доме было мало веселья. Джеми делала все возможное, чтобы поскорее выпроводить зятя из этого дома. В особенности после того, как погибла его сестра, а этот мерзавец отделался легким испугом. В конце концов Джеми удалось это сделать. Ее зять в течение многих лет медленно поджаривал всех нас на горячей сковородке. Когда Фрэнк умер, я единственный раз в жизни благодарил Бога за эту смерть. Извините, мисс Чакон, все эти воспоминания пробуждают определенные чувства. Да и старость тоже…

Он сделал паузу, а потом снова погрузился в давние воспоминания.

— То, что этот мерзавец делал со своими детьми после смерти матери, просто ужасно. А у Фрэнка было много денег, поэтому никто не посмел тронуть его. Это он довел бедную девочку до самоубийства. Ее звали Мэгги. Прекрасное маленькое существо. Бобби первым обнаружил ее в ванной. Этот мальчик повидал слишком много.

Мне нужны были более подробные сведения.

— Мистер Сэнфорд, давайте вернемся к кредитной карте. Бобби до сих пор пользуется ею?