Они с ним обсуждали эту проблему битых четыре часа.

– А где Мэтт проводит сегодняшний вечер? – Ким аппетитно хрустела яблоком.

Паола сидела на диване дома у Ким. Слышалось пение Роя Орбисона.

– У него какая-то встреча.

– Ты знаешь, Паола, я весьма скептически отношусь к этой твоей затее. – Она опять куснула яблоко, сок брызнул на руку.

– Ты упорно не хочешь верить.

– Не верю, потому что я уже пять лет работаю в этой фирме и все, что я слышала, убеждает меня в одном Мэтт Норман никогда не изменится.

– Он уже меняется, – настаивала Паола. – Просто не догадывается об этом.

– И в каком же направлении?

– Ну, например, вчера вечером мы собирались посетить выставку в одной картинной галерее, хотя я не очень-то хотела ехать. Шел дождь, я устала. И все же я ему позвонила, и он, вопреки моим ожиданиям, совсем не огорчился. Ты знаешь, как он не любит менять свои планы…

Ким закатила глаза.

– Ну, надо же! Слышала бы ты разговор его секретарши по телефону. – Она бросила огрызок яблока в пустую конфетницу и, скрестив ноги, уселась в другое кресло.

Уже который раз Паола позавидовала красоте Ким. Даже сегодня, в домашней одежде и без косметики она выглядела потрясающе. Кроме того, никто не относился к ней с пренебрежением; ее открытость, отзывчивость располагали к себе.

– Итак, чем ты занималась прошлым вечером? – спросила она.

Паола улыбнулась, вспоминая.

– Мы остались у меня, – протянула она. – Развели огонь, слушали музыку. Мэтт любит Шопена.

– О, пощади меня! – воскликнула Ким. – Мне кажется, ты все идеализируешь!

– Ничего не идеализирую. Просто было приятно.

– Трудно сочетать слово «приятно» с обликом Мэтта Нормана, но приходится. – Ким улыбнулась.

– Да, он очень приятен.

– Паола, ты, кажется, помнишь, что я говорила: твой сумасбродный план выйдет тебе боком.

Паола взглянула на подругу и нахмурилась.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Только то, что сказала.

– Что тогда за этим кроется?

– А то, что ты, кажется, увиваешься за этим парнем, а от этого я тебя уже предостерегала несколько недель назад.

– Нет, не увиваюсь! – вознегодовала Паола. – Просто нам хорошо вместе.

– Ну, да-а-а, конечно. – Интонация Ким была явно иронической.

– Не говори так. Для меня это не пустяки.

– Разумеется, не пустяки. Вот почему у тебя такое глупое выражение лица. Причем всякий раз, как ты произносишь его имя!

– Ничего подобного!

Они пристально посмотрели друг на друга и рассмеялись. Потом, немного отдышавшись, Паола сказала:

– О'кей, он мне правда очень нравится и… меня сильно тянет к нему.

– Да? – саркастически ухмыльнулась Ким.

– Однако это не означает, что я влюблена или тому подобное.

– Эй, я сказала, что верю тебе, каждому слову. Какую пиццу будем есть?

– Можно с сыром и грибами… – неуверенно предложила Паола.

– Ну, конечно же. Девушкам нужно укреплять свои силы…

– … Чтобы выиграть битву полов, – закончила Паола.

Обе захихикали.

Однажды в пятницу, уже в конце ноября, Бенджамин Тобайас позвонил Мэтту.

– Слушаю вас, мистер Тобайас, – ответил Мэтт, когда Рейчел переключила телефон. – Как поживаете?

– Прекрасно, – сухо ответил Тобайас. – Я позвонил потому, что передумал в отношении последнего варианта завещания.

– Хорошо. – Мэтт попытался скрыть свое удивление.

– Так вот, прошу оставить в силе прежний вариант.

Мэтт чиркнул напоминание на отрывном листке еженедельника.

– О'кей, я восстановлю прежний текст.

– Вы, должно быть, удивлены переменой моего решения.

– Во всяком случае, мне небезынтересно знать, что вас к этому побудило.

– Я решил дать шанс подружке Дэвида. Мне довелось повстречаться с ней, и у меня осталось самое благоприятное впечатление.

– Вы с ней виделись?

– А разве я только что об этом не сказал?

– Один раз? – выпытывал Мэтт, стараясь не терять самообладание.

– И одного раза достаточно! – гаркнул Тобайас. – Мой бизнес строится на знании человеческой натуры. Я себя, считаю достаточно хорошим психологом.

Мэтт выразительно вздохнул.

– Ну, деньги-то ваши…

– Мне кажется, вы остались при мнении, что я делаю глупость. – Тобайас явно нервничал.

Мэтт решил высказать свои соображения напрямик.