У продавца, отвалилась челюсть и он машинально взял амулет, затем достал лупу со стеклянной линзой! Отлично — здесь есть немагическая оптика.

— А назначение? — хрыч быстро восстановил душевное равновесие.

— За такие ответы извольте платить.

— Что?!! Это же мой товар!

— Сколько я видел всяких амулетов продаваемых под видом одного, но им не являющимся?

Нисколько. Но озвучивать ответ на свою риторику я не собирался.

— Так значит, Вы профессионально работаете с амулетами? — ага и хожу в старых штанах.

— Нет, это семейные секреты. Ремеслом мой багородный род не занимается!

— Простите, Вы не представились?

— Зачем? Мы не на церемонии, прошу показать, что у Вас есть.

— Какой амулет Вам нужен?

— Покажите лучшие. Мне стало известно, что у Вас богатый выбор и … в силу неких жизненных обстоятельств я проконсультировал … друга, причем посоветовал пройти к Вам. Но он … попросил выбрать его самому.

Короче, я на мели старый хрыч, а брать деньги у аристократического, богатенького друга-буратины не так стыдно, как начать лепить горшки на продажу. Все, необходимая вводная у тебя есть!

— Пришедший к нужным выводам купец уже более благожелательно выложил несколько амулетов.

Четвертым оказалось кольцо, и оно подходило как нельзя лучше, алхимическое чувство показало слабые следы растительного яда, значит есть потайная игла. Я стал его усиленно ощупывать и крутить.

Вдруг, у меня вырвался вскрик, кожа стремительно побелела, и я, захрипев, выронил, кольцо обратно на прилавок.

— Ты … купец … отравил. ЗА ЧТО! Кто подослал тебя, … убийца — я уже просто хрипел, выпуская синие пузыри слюны. За меня … отомстят.

Старикан тупо смотрел на сползающего на пол, цепляющегося бескровными пальцами за прилавок, шипящего обвинения аристократа. Ну же… Рожай. Сыграть симуляцию яда я и не мечтал, поэтому отравил себя сам, причем синтезировал внутри яд идентичный остаткам в кольце.

Убойная была дрянь, но алхимия позволяла еще долго пускать пузыри, слюна из которых уже заливала ворот рубахи. Давай, вспомни что мифической буратине известно, куда я пойду, и не смей топить мое расчлененное тело в нужнике!

— Крен, живо за Саврониусом — лекарем. БЫСТРО! Хоть тащи его вместе с сумкой, на плечах — так, похоже загрузился.

Теперь, разработанная в степи "потеря сознания", отключим мышцы, но оставим звук.

Глава 18. Узнай, где хранятся отбросы.

— Молодой человек, у Вас очень сильный организм! Вам несказанно повезло! — ага как же, столько подготовки пришлось провести, и весь язык пришлось "истрепать".

Зато меня кормила бульоном с ложечки очень симпатичная бабенка. Жаль, я бы пожрал мяса всласть, залил пивом. Но халявный бульон — это очень неплохое начало, да и заигрывание с женщиной — приятное занятие, давненько не "общался", кхе.

Не стоит расслабляться, бабки еще не в кармане, а травиться смертельным ядом за жидкую похлебку — клинический идиотизм, пора двигать дело.

— Лекарь, покушавшегося на меня убийцу поймали? Что он сказал под пыткой? Где я? Родственникам сообщили?

Благостно верещащий старичок поперхнулся воздухом, ну не надо так, не надо, ты теперь мой свидетель.

— Торновал сам послал за мной своего племянника, Крена! Это несчастный случай!

— Какой еще несчастный случай? Мне подсунули заряженный ядом перстень. Лишь семейные секреты сохранили мне жизнь, значит Стража не извещена?

— Не стоит так волноваться, Вы еще не оправились от яда — ненавязчиво напомнил мне этот сморчок. Вы первый выживший после такого отравления, это яд из одного редкого вида грибов …

— Так я не первый отравившийся у Торновала? Куда катится мир — посетовал я "устало".

— Нет! Нет, вы не так меня поняли. Вы первый выживший, известный лекарской науке! Как необычно, Вас нужно обследовать.

— Может, Вы еще хотите провести вскрытие? Да просто все, регулярно принимая малые… Э, лекарь, ты чем меня опоил? Сознавайся, мошенник, хочешь вызнать семейные тайны?

Очередную порцию оправданий прервала появившийся торговец, почему то с амбалом — похоже барышня смоталась за ними, в темпе. Почему здесь амбал, интересно, неужели купчина еще не исключил силовой вариант сокрытия своего преступления? Ого, какие "косяки" — амбал и сиделка старательно делали вид, что друг друга не интересуют. Как обычно, всем окружающим, было понятно, что это влюбленная парочка. Меня сестричка милосердия, очевидно, динамила по неистребимой женской привычке.

— Приношу Вам свои глубочайшие извинения, благородный господин, это была чудовищная случайность — Торновал с порога начал меня забалтывать.