Гаррисон Ли снял коричневую шляпу и приблизился к планширю. Подмостки, окружавшие судно, были сильно расшатаны, и одноглазому Ли приходилось осторожничать больше других.

— Путешествие ориентировочно датируется восемьсот пятьдесят шестым годом нашей эры, господин президент. В настоящее время наша команда в Норвегии подтверждает информацию, что обосноваться в Новом Свете отправилось после гражданской войны целое поселение. Это случилось шестью веками раньше открытия Колумба. В следующем месяце у нас будет больше сведений, но пока мы считаем, что это самая крупная в истории галера викингов. Скорее всего, в путь вышли шесть таких судов. Согласно надписям на камнях, обнаруженных неподалеку от места отплытия, на каждом из галер было около сотни человек и их личные вещи.

Трумэн взглянул на собеседника и покачал головой.

— Труд сотрудников центра просто неоценим! Ей-богу, у меня нет слов!.. Сколько препятствий пришлось одолеть мореходам, какая потребовалась сила духа! Никакие они были не викинги, а американцы, такие же, как я и вы, если судить по проявленному ими авантюризму и готовности рисковать.

Гаррисон Ли улыбнулся. Президент явно упрощал. Наверняка древние люди покинули родные края не из-за страсти к рискованным предприятиям, а от предельного отчаяния, однако вряд ли стоит спорить.

Трумэн весело улыбнулся работавшим возле судна специалистам. Из-за его визита их пришлось поднять в три ночи.

— В сорок первом вы и подумать не могли, что будете заниматься подобными делами. Равно как и я не мог представить себя на посту президента. Впрочем, работа у нас обоих такая, что порой требует почти невозможного. — Президент обратился к собравшимся мужчинам и женщинам: — Прочитаешь биографию этого человека, и кажется, что взял в руки приключенческий роман, хоть фильм снимай! Мы познакомились с мистером Ли, когда он только окончил юридическую школу. Я сразу догадался, что он не захочет быть кровопийцей, как его коллеги, и выберет другой путь. — На его лицо легла тень. — Потом началась война, и он поступил на военную службу.

Ли прикоснулся к повязке на отсутствовавшем глазу и провел пальцем по шраму на щеке.

«Что верно, то верно, — подумалось ему. — Поступил на службу…»

— Вы делаете великое дело. — Трумэн снова похлопал по окаменевшему древнему судну. — Замечательно, что у нас есть люди, которые не боятся смотреть в будущее и не пренебрегают прошлым. Вы, работники центра, стараетесь на благо общества. Поверьте, мы высоко ценим ваш труд.

Предшественник предупредил Гаррисона, что визиты президента и его поддержка будут всегда сопровождаться подобными выступлениями. Все шло как надо; центр должен получить финансирование по крайней мере на ближайшие четыре года. Ли улыбнулся Гарри Трумэну.

— Это судно, господин президент, служило не только для освоения новых пространств. Оно было еще и самым быстроходным, и самым высокотехнологичным, плюс ко всему блестяще выполняло военные задачи. Наверняка вы знаете, что Соединенные Штаты как страна, обнаружившая галеру, вправе считать ее своей собственностью и даже наречь новым именем.

Серый костюм Трумэна после обследования внутренностей необыкновенного корабля измялся и запылился.

— Нет, я не знал…

— Это судно считается нашим, сэр. Американская галера на американской земле.

Работники центра, наблюдавшие за президентом и его первым событием, захлопали в ладоши.

— Сэр, имею честь представить вам галеру США «Маргарет Трумэн».

Потрясенный президент опустил руки по швам. С дальней стены огромного хранилища сняли белую материю, выставляя на всеобщее обозрение написанное золотом по дереву название и вырезанную перед ним драконью голову. Президент мгновение-другое смотрел на табличку, потом шлепнул себя по ноге шляпой и стал вместе с остальными воодушевленно аплодировать. Покачав головой, он подошел к Ли и схватил его за руки.

— Ну и дела, сынок! Я горжусь вами и вашими ребятами. А это… — Он указал на табличку. — Не представляете, как мне приятно. Просто нет слов! Какой был бы сюрприз для моей жены и дочери, если бы можно было взять и обо всем им рассказать. — Он подмигнул и, смеясь, стал оживленно трясти руку собеседника.

К Ли подошла помощница, Элис Гамильтон, и протянула ему телетайпное сообщение. Он принял молодую женщину на работу, потому что в некотором смысле чувствовал себя ее должником. По окончании войны муж Гамильтон служил вместе с Ли в Южной Америке. Там он оставался и по сей день — лежал в земле, в безымянной могиле.

Ли стал читать сообщение, стараясь держать листок ровно и не потерять равновесие из-за не прекращавшегося сердечного рукопожатия. Дочитав, он что-то шепнул на ухо президенту. Тот озадаченно наморщил лоб, взял у Ли желтый лист бумаги, пробежал строчки глазами и задал какой-то вопрос. Ли кивнул в ответ. Оба поспешно сошли с подмостков.

Работники группы тотчас догадались, что произошло нечто из ряда вон выходящее.

Гаррисон Ли проводил президента в зону повышенной безопасности, примыкавшую к новому уровню хранилищ, откуда можно было связаться с оперативным центром Пентагона. По окончании разговора Трумэн вышел в коридор, где его ждал Ли.