Гудрон хотел что-то возразить, но потом вспомнил о погибшем под упавшей колонной существе. Он рассказал об этом Филаре. Та нахмурилась, потеряла интерес к покойнику и прошла к указанному месту. Присев на корточки возле каменных обломков, девушка задумчиво побарабанила пальцами по одному из самых уцелевших кусков. Ничто не выдавало того, что несколько минут назад здесь оборвалась чья-то жизнь — от тела не осталось даже мокрого отпечатка на полу. Юноша окончательно утвердился в мысли, что дергавшиеся руки и ноги ему померещились из-за слабого освещения и причудливых теней, но волшебницу его слова не убедили.

— Прости меня, Шун, еще раз! — прошептала она и приложила ладони к камню.

— Так, я в норме! — тряхнул головой кот, поднимаясь на ноги. — Давайте сюда быстрее веревку, пока не… ЗАРАЗА!

Кони вздрогнули, когда раздался очередной негромкий хлопок. На землю с глухим стоном повалился верблюд. Герань устало вздохнул и раздраженно дернул ушами.

— Знаешь, что это было? — волшебница убрала ладони с обломков.

— Нет, — вздохнул ее спутник. — Откуда бы?

— В общем, если б ты вовремя не сломал эту штуку, мы бы сейчас с тобой тут не разговаривали. Гробницы часто оснащают всякими ловушками и стражами на случай прихода незваных гостей.

— О, — глубокомысленно изрек юноша.

— Говоришь, то существо рассыпалось? И следа не осталось…

— Хммм… Незавидная же участь нас ждала…

— Да уж. Только ты мог совершенно случайно уничтожить охранную систему гробницы.

— Пошли отсюда.

— Ты знаешь выход?

— А ты хочешь сидеть тут дальше?! Куда делось твое сердце-вещун?!

— Никуда. И в данный момент оно мне подсказывает, что вне этой комнаты гораздо опасней, чем здесь. Тебе не приходило в голову, что одним чудовищем и уничтожающей колонной местная система безопасности не ограничивается?!

— Нет! Потому что по дороге сюда нам НИКТО не встретился! За всё то время, что мы шли по этим коридорам, на нас НИ РАЗУ никто не напал!

— Не кипятись!

— Извини.

— Ладно, ты прав. Сидеть здесь бессмысленно, — Филара встала и отряхнулась. — Пошли искать выход.

Кузнецу оставалось лишь пожать плечами и отправиться следом за шагнувшей в коридор девушкой. Белый освещавший комнату сгусток тоже последовал за создавшей его волшебницей — девушка решила, что лучше уж видеть, куда идешь и чем рискуешь, чем бродить впотьмах, надеясь не привлекать к себе внимание. Когда путникам казалось, что они слышат какие-то шаги, они замирали и затихали, а волшебница прятала свой огонек. Откуда-то издалека порой доносился грохот. Иролец предположил, что на них никто не обращал внимания, потому что все местное население занято какими-то другими срочными проблемами. Девушка на это заметила, что догадывается, как эти проблемы зовут.

— Слушай, мы просто идем в произвольном направлении, — не выдержал Гудрон спустя час скитаний. — Мы не знаем, где выход, и сколько до него идти! А есть ли он вообще?! Вдруг строители замуровали его за собой?!

— Я знаю одно маленькое заклинание, — неуверенно произнесла Филара. — Оно показывает направление.

— И?

— Ну, можно попробовать определить сторону, где находятся кони с Шуном и разрыть обвал…

— Давай. Мы сейчас не в том положении, чтобы сомневаться. Потом просто перед ним извинишься.

Девушка вздохнула, в третий раз за день мысленно попросила прощения у кота и сконцентрировалась. В воздухе стала проявляться вращающаяся серебристая стрелочка. Вдруг откуда-то сверху раздался грохот, по потолку побежали трещины. Иролец схватил подругу за локоть и оттащил ее на несколько шагов назад. Заклинание развеялось, но разрушение продолжалось. Часть свода резко обрушилась, послышался трубный рев. Юноша с девушкой зажмурились и закашлялись от поднявшейся пыли. Кажется, на этот раз их не погребло заживо, но земля и песок набились в нос, горло и глаза. Источник света мигнул и погас, но темно почему-то не стало. Филара с Гудроном недоверчиво приоткрыли веки и посмотрели вверх. Из потолка торчало брюхо и четыре слоновьих ноги. Рыжих. В промежутки между тушей и краями провала проникали лучи солнца. Какое-то время люди недоуменно молчали и созерцали это зрелище.

— Котик мой! — радостно закричала девушка, первой сориентировавшись в ситуации. — Прости меня! Прости, пожалуйста! Тебе очень плохо?!

Слон вяло шевельнул ногой в ответ. Через пару минут филариной беготни, размазывания слез радости по чумазому лицу и причитаний, с негромким хлопком и переходящим в мяв трубным ревом огромная туша ужалась до размеров стандартного кота. Измученный зверь упал в руки своей хозяйки и, кажется, потерял сознание. Пожалуй, это был один из самых паршивых дней в жизни Шуна. На фоне видневшегося в дыру неба показались четыре лошадиных головы, с интересом глядевшие вниз. В зубах у Неветерка всё еще болталась веревка.