— Чёрт, — буркнула черноволосая волшебница, оборачиваясь на бегу назад. — А я хотела проверить подвалы…

— Там пусто, — выдохнула блондинка, стараясь не сбить дыхание.

— А. Ну тогда… ладно.

— Куда этот старик делся?! — воскликнул Шун, только сейчас замечая, что из четверых их стало трое.

— Что? — обернулся Ральдерик. — Вот чёрт! Наверняка в толпе потерялся!

Юноши затормозили и принялись вглядываться направлении, откуда только что прибежали. Среди десятков и сотен лиц сложно найти одно нужное. Особенно, если оно осталось за пару кварталов до этого места.

— Нам что, возвращаться теперь за ним? — поинтересовался Гудрон, беспомощно глядя на своих спутников.

— Ой! — сказал кот, сваливаясь с плеча герцога.

Сделал он это очень вовремя, потому что вряд ли тот удержал бы на своей шее коня. Одновременно с этим со стороны Лданриса послышался взрыв. Несмотря на то, что разрушения дворцу были нанесены существенные, находившиеся в призраке товарищи их видеть не могли (в этой яви он был целехонек), а вот громкие звуки из настоящей реальности время-местник скрыть не мог.

— Эрлада! — безошибочно опознал кузнец, напрочь забывая о потерявшемся Макеле Вантазии.

— Похоже, Филара с ней, — гендевец скосил взгляд на огненного скакуна с белым кончиком хвоста, нетерпеливо перебиравшего рядом копытами. — Маловероятно, что они случайно взялись колдовать одновременно.

— Пошли скорей! — иролец сделал пару шагов сквозь обалдевшую от неизвестно откуда взявшейся лошади толпу.

— А, ладно! — удержал его зубами за камзол Шун. — Так и быть. Подвезу. Быстрее будет.

— Спасибо, — Ральдерик, не заставляя себя упрашивать, вскочил ему на спину. — Оказывается, есть от тебя в хозяйстве толк.

— Ты у меня поговори еще! Сейчас ведь передумаю!..

— Здесь нет седла! — растерялся кузнец.

— Время скоро кончится! Он снова станет котом через пару минут!

— Именно, — подтвердил конь, нервно приплясывая на месте. — САДИСЬ УЖЕ!

Гудрон послушно забрался наверх.

— А теперь держитесь! — мрачно пообещал рыжий и сорвался с места.

Ближайшие прохожие, и так не сводившие пораженных и недоумевавших взглядов с говорящей лошади, были морально готовы, что она куда-нибудь поскачет, поэтому успели заранее освободить дорогу. Тем же, кто находился дальше, пришлось туго. Шун, памятуя о лимите времени, несся, как угорелый, стремясь использовать возможности нового облика на всю катушку. Мимо проносились дома и перекрестки, люди испуганно вскрикивали и взвизгивали, прижимались к стенам и гневно вопили вслед. Сохранившаяся кошачья грация помогала избегать столкновений с самыми медлительными, непременно погибшими бы под копытами, если б на месте этого коня был любой другой. Для кузнеца, менее искушенного в верховой езде, чем его друг, это была самая кошмарная поездка с тех пор, как он научился сносно держаться в седле. Ральдерик же был доволен. Выжать такую скорость из Мерзавца было практически невозможным делом — его природная лень была сильнее самых веских аргументов и настойчивых требований. В голову дворянина даже закралась крамольная мысль, а нет ли способа навсегда оставить Шуна лошадью, но он быстро от нее отказался, сообразив, что даже, если он и существовал, то ему бы никто не позволил его применить.

Внезапно праздник вокруг закончился. Перед путниками открылась пустая площадь и возвышавшиеся над ней руины дворца. Развалины одного его крыла всё еще дымились, висело облако пыли. От неожиданной смены декораций конь притормозил. Как оказалось, очень вовремя — падение на прежней скорости на каменную мостовую не прошло бы для всадников даром. А так, когда под ними вновь оказался небольшой кот, вовремя смекнувший, что к чему, и отскочивший в сторону, пока на него не упали два взрослых мужика, наездники, можно сказать, легко отделались.

— Вы в порядке? — поинтересовался издалека Шун.

Подходить ближе он немного опасался, поскольку подозревал, что товарищи слегка раздражены происшествием.

— За последний месяц я падал с лошади больше, чем за всю предыдущую жизнь, — буркнул Ральдерик, садясь и потирая ушибленное плечо.

Он поморщился и скрипнул зубами. Понятно, что последствия могли быть куда хуже, но в том, чтоб шмякнуться с высоты конского роста на камни и кубарем по ним прокатиться, приятного тоже немного.

— А, чёрт, — кузнец посмотрел на разбитый локоть.

Рука шевелилась, но без энтузиазма.

— Зато время сэкономили… — злобно процедил он сквозь зубы, прижимая к себе травмированную конечность.

— Ага, — не стал спорить кот. — Быстро сюда добрались. Молодец я, а?

Ему никто не ответил. Хоть оба и понимали, что тот хотел, как лучше, и очень старался, настроения благодарить его как-то не было.

— Ты сражаться в случае чего сможешь хоть? — поинтересовался у друга гендевец.