К слову сказать, последние — предмет отдельного разговора. Науке не известно, ложатся ли они спать вообще, потому что, в какое время бы ты ни возвращался домой, пара-тройка бабулек обязательно тебя заметит, вычислит твой маршрут, психо-физическое состояние и компанию, в которой ты только что проводил время. Все эти данные тщательно собираются, анализируются, сверяются со всеми уже имеющимися о тебе у них сведеньями, а потом передаются следующему поколению старушек.

Гудрон, встречавшийся в своей жизни с подобными женщинами и имевший представление об их истинных возможностях, уверенной рукой направил Неветерка к ближайшему божьему одуванчику, невинно читавшему газету на крылечке (правда, держа ее вверх ногами… с дырочками напротив глаз). Ральдерик, начавший общаться с простыми людьми лишь после того знаменательного удара сковородой по шлему, решил полностью положиться на опыт товарища и молча поехал следом. За газетой пряталась сухонькая седая бабка, слегка порозовевшая от смущения, стоило ей понять, что ее раскусили. Однако это не помешало ей тут же принять самое доброе и радушное выражение лица, словно ее приехали навестить любимые внуки, которых она не видела невесть сколько лет. С образом любящей бабули не вязались только глаза, пытливо разглядывающие незнакомцев, стараясь запомнить все детали.

— Доброе утро, бабушка, — поздоровался с ней иролец, проворно падая с лошади. — Надеюсь, со здоровьем у тебя все в порядке?

— И тебе того же, внучок, — ласково кивнула женщина, с любопытством разглядывая продолжавшего сидеть верхом герцога Заренги.

Тому ничего не оставалось, кроме как неуверенно махнуть рукой для приветствия. Старушка этим вполне удовлетворилась.

— Да какое там в порядке… Опять вот вчера в пояснице стреляло. Да и ноги отекают… А еще намедни…

— Ты уж не болей! — прервал перечисление последних болячек кузнец. — Кстати, ты случайно не видела в этих местах недели этак две назад такой голубой летающий шар. Очень большой и светящийся?

— Шутки шутишь все? — обиженная, что ее перебили, старушка прищурила на путешественников глаз. — Не бывает таких штук!

— Ну-у-у… — разочарованно протянул Гудрон, демонстративно направляясь к Неветерку. — А мы-то думали, что ты сможешь нам помочь в нашем жутко важном и опасном поиске…

— Погоди! — встрепенулась заинтригованная бабулька. — В каком таком поиске? Расскажи все по порядку, может, чем и смогу подсобить.

Изобразив душевные терзания и сомнения, юноша повернулся к ней и с тяжким вздохом сказал:

— Даже и не знаю, можем ли мы подвергать тебя такой опасности… Думаю, все же не стоит. Живи себе спокойно и горя не знай. А мы уж как-нибудь сами…

— Что ты! Что ты! Я ж не смогу дальше землю топтать, коль вам не помогу! И не переживай за меня! — старушка даже отложила в сторону свою газету и подалась всем корпусом вперед.

— И правда, — включился в беседу Ральдерик, уловив общую суть построения общения с данной категорией людей. — Бабушка производит впечатление крепкой и выносливой. Возможно, мы можем доверить ей эту тайну. Она должна выдюжить…

— Ну, если ты настаиваешь… — легко согласился Гудрон. — Значит так, бабуля. Слушай. Видишь этого человека? — иролец махнул рукой в сторону насторожившегося вельможи. Старушка жадно закивала, — Ну так вот… Есть у него дедушка…

И иролец поведал ей версию вторую «Сердобольную» с легкими изменениями: вместо дракона теперь в ней фигурировал летающий шар цвета лазури. Под конец рассказа слушательница уже тихонько всхлипывала и протирала глаза носовым платочком.

— Кто бы мог подумать! — уже вовсю плакала она. — Кто бы мог подумать, что еще остались среди нынешней молодежи такие любящие внуки! Кстати, почему у него так лицо перекосило?

— Это от горя, от горя… — уверил ее кузнец, стараясь не обращать внимания на прожигавший его затылок злобный взгляд и не думать о грядущей расплате.

— Две недели назад, говоришь? Откуда должно было пролететь? — взяла себя в руки расчувствовавшаяся старушка.

— С запада.

— Хм… Ничего подобного я не видела, — задумалась женщина. — Но ничего. Спрошу у подружки своей. У нее бинокль больно мощный. Или у вдовы аптекаря, она как раз в том секторе живет, и окна у нее на запад выходят. Так что вы даже не волнуйтесь! Если что-нибудь подобное когда-нибудь появлялось в наших краях, вы об этом в сей же вечер узнаете. Приходите сегодня на это же место без двадцати десять. Будет вам ответ.

— Спасибо тебе, добрая бабушка! — приложил руку к сердцу Гудрон, — Бог не забудет твой заботы и бескорыстной помощи! Подтверди.

— Подтверждаю, — мрачно сообщил Ральдерик. — Еще пара вопросов. Что это за город и где здесь гостиница?

Уже побежавшая было к подружке с мощным биноклем старушка задержалась, чтобы сообщить, что селение называлось Верхний Сурчук, и объяснить путь к постоялому двору. Дворянин ее поблагодарил и, не дожидаясь, пока его спутник заберется на свою лошадь, поехал в указанном направлении. Когда Гудрон таки сумел сесть верхом и, поплутав по улицам, добрался до гостиницы, Ральдерик уже успел снять им комнату и теперь сидел в гостиничной таверне, ожидая свой заказ. Иролец поставил Неветерка в конюшню, скинул все сумки в номере и присоединился к товарищу.