Покорная, она слезла. Я стоял в дверях, старик в майке, трусах и плаще, в руке зубная щетка, которой я хотел счистить вкус пепла. Я прочел надписи на бутылочках и баночках, стоявших в ряд на керамическом бачке унитаза: средство для удаления лака с ногтей, кольдкрем, ополаскиватель после ванны; дальше — стеклянная банка с ватными шариками и наклейкой «ватные шарики». Все это с болью вызвало в памяти женщин моего поколения, большинства из которых уже нет в живых.

В страхе мои руки взлетели вверх в тот же момент, как Гей игральной картой скользнула мимо.

— Не целуй меня, я вся обмазана кремами, — предупредила она.

В полутьме я увидел болезненный румянец на ее щеках и белые призрачные ладони, выставленные, чтобы удержать меня на расстоянии.

Таким вот образом я, после того, как мне не удалось угробить брата, спас жизнь его жены; потом почистил зубы и пошел спать. Утром я отправился домой, на свою территорию, и оставил их обоих как они были.

Перевод Леонида Мотылева