Шрифт:
Кожаная плоскодонка качалась при каждом движении, и Тораку приходилось изо всех сил цепляться за ее низенькие борта, чтобы не свалиться в воду. Детлан, хотя и был значительно тяжелее, запрыгнул в лодку так ловко, что даже не качнул ее. Торак заметил, как крепко он прижимает ляжки к бортам, чтобы сохранить равновесие.
Бейл плыл впереди, с поразительной скоростью скользя по волнам. Ветер был попутный, и легкие челноки летели, точно морские птицы.
Обернувшись, Торак с ужасом увидел, как быстро удаляется от него Лес.
Вскоре они достигли островов, которые он видел с берега, но, к большой тревоге Торака, продолжали плыть.
— Но я думал, что мы плывем на ваши острова! — робко спросил он.
— Ну да! — усмехнулся плывший с ними рядом Асриф.
— Но тогда почему же мы проплыли мимо них?
Детлан посмотрел на него через плечо и засмеялся:
— Наши острова гораздо дальше! Нам до них еще целый день плыть!
— ЧТО?! — вскричал Торак.
Вскоре миновали последний островок, и теперь справа и слева расстилалось безбрежное море. Ни клочка суши Торак больше не видел. Крепко ухватившись за борта, он смотрел в мутную воду.
— Тут дна нет, — упавшим голосом сказал он.
— Естественно, нет! — откликнулся Детлан. — Это же Море!
Торак, извернувшись, посмотрел назад: тонкая полоска берега тонула в волнах. И с нею вместе тонули и все его надежды найти лекарство, способное победить страшную болезнь.
Вдруг ветер донес до его ушей волчий вой. И не просто волчий вой! Это был он, его Волк!
«Где ты? Я здесь! А ты где?»
Торак, забыв обо всем, вскочил на ноги и что было сил закричал:
— ВОЛК!!!
— Сядь немедленно! — взревел Детлан.
— Теперь уже слишком поздно возвращаться! — с притворным сочувствием покачал головой Асриф. — И даже не думай прыгать в воду! Потому что тогда нам придется тебя пристрелить!
Слишком поздно…
Слишком поздно. Торак слушал призывный вой Волка, а Лес уже почти исчез из виду…
— ВОЛК!!! — снова отчаянно крикнул он.
Значит, Волк все-таки услышал его мольбу! И храбро пренебрег гневом Великого Духа, чтобы отыскать своего Бесхвостого Брата! И теперь Торак сам виноват в том, что им уж никогда друг с другом не встретиться.
Глава семнадцатая
Три кожаных челнока летели по волнам, а солнце опускалось все ниже над морем, и в сердце Торака гасла последняя надежда.
Он прямо-таки видел, как Волк с воем мечется по берегу, не в силах понять, почему Большой Брат его предал.
Думать об этом было невыносимо! Ну почему он не догадался сразу завыть ему в ответ! Но в ту минуту он словно оцепенел. А потом смог только крикнуть по-человечьи. И теперь они уже слишком далеко от берега, Волк его не услышит, и в памяти останется только горестный вопрос: «Где ты, Большой Брат?»
Торак проклинал себя за то, что невольно нарушил какой-то дурацкий «закон Моря». Если бы Ренн была рядом, такого никогда бы не случилось! И эти мальчишки из племени Тюленя не злились бы на него, и он сейчас снова встретился бы с Волком…
Порыв ветра бросил Тораку в лицо соленые брызги, в глазах защипало. Рану на ноге пронзила острая боль, Торак дернулся и чуть не полетел за борт.
— Сиди спокойно! — не оборачиваясь, сказал ему Детлан. — Если упадешь в воду, я тебя вылавливать не стану.
— Понятно тебе, Лесной Мальчик? — тут же не преминул встрять Асриф.
— Не ори, Асриф, экономь силы, — осадил его Бейл. — Плыть нам еще порядком.
Торак крепче вцепился в борта онемевшими пальцами. Куда ни посмотри — всюду только волны! Море поглотило и Лес, и Священную Гору, и племя Ворона, и Волка… Торак чувствовал себя маленьким и жалким, он казался себе не больше песчинки на бугристой водной шкуре этого неведомого, огромного, без конца вздыхающего зверя.
Он тщетно пытался хоть что-нибудь разглядеть в непроницаемой тьме.
«Интересно, — вдруг подумал он, — а если я действительно упаду в воду, то сразу пойду на дно или буду погружаться медленно-медленно, так и не достигая предела этой темной бездны?..»
В темноте промелькнула какая-то птица. Сперва Торак решил, что это гусь, но потом увидел, что птица совершенно черная и летит так низко, что концы ее крыльев почти касаются поверхности воды.
Через некоторое время они проплыли мимо целой стаи небольших пухленьких птичек, преспокойно сидевших на воде и беседовавших друг с другом, хотя разговор их больше напоминал протяжные стоны, а не обычный птичий шебет. У птиц были черные спинки, белые брюшки и очень яркие треугольные красные и желтые клювы.