Жермена. Нет… но… наверно, врачи плохие!

Со стороны террасы слышен голос, напевающий веселую мелодию.

Сматывай удочки!

Робер бросает взгляд на террасу.

Робер. Если она меня увидит, я стреляю!

Жермена. Ты что – кретин?

Через одну из двух дверей входит Брижитта, одновременно Жермена и Робер незаметно выходят через другую. Брижитта на короткое время исчезает в коридоре, затем возвращается, неся в руках шарф. Она выходит так же, как вошла. А Жepмена и Робер появляются так же, как вышли.

Робер. Ладно… А что это за история с супницей?

Жермена. Старуху видал?

Робер. Да!

Жермена. Если она отдаст концы, племяннику обломится триста кусков наследства!

Робер. Рад за него!

Жермена. Слушай, Робер! А если чуть-чуть ускорить дату блаженной кончины – сто пятьдесят кусков будет для нас. И через месяц!

Робер {недоверчиво). Ты здесь что, пьешь из горла?

Жермена. Зачем бы я тебя сюда звала! Объясняю доступно: я отправляю старуху к тебе в подвал, ты ее – хрясь! – и смываешься. А я пока что прячусь здесь. Идет?

Робер (колеблясь). Да…

Жермена. Давай!

Робер (сломя голову бросаясь в погреб). Черт побери!

Клеман появляется на террасе.

Клeмaн. Полиция!

Жермена (подходя ближе к погребу). Все ваши шутки…

(говорит громко, чтобы услышал Робер) жандармские!

Клеман. Я как раз штраф выписывал, вижу – ты выходишь из автобуса… Они тебя выпустили?

Жермена. Я невиновна!

Клеман. Тем лучше! Получила мои апельсины?

Жермена. Ах да! Так трогательно! Я их есть не могла, комок в горле стоял!

Клеман. Спасибо тебе за эти слова…

Жермена (ластясь к нему). Медвежоночек мой, окажи мне маленькую услугу!

Клеман. Это… смотря что…

Жермена. Меня здесь нет!

Клеман. Как нет?

Жермена. Если тебя спросят – ты меня не видел!

Клеман. Не видел… когда? Сейчас?

Жермена. Именно!

Клеман. Но… почему?

Жермена. Не задавай вопросов… и в воскресенье пойдем гулять! И я буду с тобой еще ласковей, чем раньше!

Клеман. Ну, тогда… ладно! И потом… я ведь не обязан был приходить! Но… в воскресенье… точно?

Жермена. Если наберешь в рот воды, считай – заметано! А теперь – ноги в руки!

Клеман направляется к террасе, оборачивается.

Клеман. А ты правда невиновна?

Жермена. Радость моя! Если бы я была виновна, была бы я здесь?

Клеман. Хотя верно! Значит – до воскресенья? (Быстро выходит.)

Робер открывает дверь погреба.

Робер (в ярости). Что здесь происходит?

Жермена. Полицейский болван… (Смотрит на террасу.) Возвращается!

Робер снова бросается в погреб, Жермена быстро закрывает за ним дверь.

Клеман (врывается вихрем). Краги! (Видя Жермену, в странной позе застывшую перед дверью погреба.) Что ты там делаешь?

Жермена. Закрываю дверь, котик!

Клеман. Чем-нибудь тебе помочь?

Жермена. Сгинь, пожалуйста!

Клеман (берет краги с секретера.) До воскресенья! (Уходит.)

Снова появляется Робер, он вне себя от ярости.

Робер. Ты со мной в кошки-мышки играешь?

Жермена (следя за террасой). Старуха прется! Прячься!

Робер (снова бросается в погреб). Глупее ты еще никогда не придумывала!

Жермена захлопывает за ним дверь погреба и быстро взбегает по лестнице. С террасы входят Виолетта, Брижитта и Жан Франсуа.

Виолетта (добравшись до своего кресла). …совсем не так, как теперь! В мое время машины без крепких слов не заводились! Брали рукоятку, крутили, посылали всех куда подальше – и мотор запускался! Я не разу не слышала, чтобы мой отец отъезжал от дома иначе! (Жану Франсуа, который слушает с вежливой улыбкой.) А ваши родители, мсье, еще в добром здравии?…

Жан Франсуа. Да, мадам…

Виолетта. И тоже – по кранам?

Жан Франсуа. Ничего общего! Банк!