– Реальное положение вещей разве что господь бог может ведать, – вдруг ляпнул Никита, сразу устыдившись своей несдержанности.

Крикси внезапно оставил свое, по всему видать, любимое занятие и с нескрываемым интересом обратил взор в сторону юноши.

– Согласен с вами, молодой человек! А посему предлагаю оставить ненужные изыскания и сразу перейти к делу. – Полковник проворно застегнул камзол

– Итак, лейтенант! Вы здесь очутились по трем причинам. – Крикси вскинул вверх правую руку, показав три пальца, после чего, стал мерить шагами свой довольно просторный кабинет.

– Первая причина заключается в том, что ваша страна подписала международную конвенцию по реабилитации Земли. – Безымянный палец на выставленной руке загнулся, осталось два.

– Вы свободно владеете языком межгалактического общения – и это вторая причина, по которой вы попали на станцию. – Загнулся еще один палец, отчего образовался совсем неприличный жест.

– Ну и, наконец, третья, и главная причина – Полковник сделала паузу и внимательно посмотрел на Никиту поверх очков. – Вы чем-то не угодили начальству, или, возможно, перешли дорогу какому-нибудь влиятельному лицу, хотя вполне допускаю и банальный навет. Тем не менее, пытать вас не буду, не любопытен, знаете ли. Хочу лишь предупредить о своей нетерпимости к нарушителям уставов воинской службы, на вверенном мне объекте и требую от всех своих подчиненных их беспрекословного выполнения. В противном случае – наказание. Сами знаете какое.

– Извините, сударь – не знаю.

– Ах, вы не знаете? Так я вам скажу. Нарушители дисциплины отправляются на поверхность Земли, на пожизненную каторгу, что и случилось с вашим предшественником. – Полковник ткнул указательным пальцем в сторону своего собеседника. – И прекратите называть меня сударь. Что за анахронизмы вы себе позволяете? В войсках принято соблюдать субординацию. Вы вообще знаете, что такое субординация?

– Так точно, господин полковник.– Никита встал по стойке смирно. – Виноват, господин полковник.

– Так-то лучше, – проворчал Крикси. – А теперь идите, устраивайтесь на новом месте и штудируйте уставы. Даю вам на все про все три дня. В четверг приму зачет по караульной и строевой службам, а также дисциплинарный устав спрошу. Поэтому потрудитесь выучить.

– Смею заметить, что кроме упомянутых вами уставов еще существует кодекс чести русского офицера, – упрямо проговорил юноша.

– Могу вас успокоить – кодекс офицерской чести никто не вправе отменить, если конечно он не противоречит уставам.– Крикси махнул рукой, давая понять, что аудиенция окончена.

Никита коротко кивнул и вышел прочь, сразу попав под опеку вестового, который пригласил лейтенанта пройти в жилой отсек станции, где располагалась его каюта.

Осмотрев свое новое жилище, представляющее собой небольшой пенал, обставленный скудной мебелью, молодой человек впал в уныние от мысли, что, по сути дела, очутился в самой настоящей неволе. И неизвестно где еще лучше влачить свое существование – в замкнутых стесненных условиях орбитальной станции или на просторах зараженной планеты.

Так у Никиты первый раз появилась мысль о схождении на Землю, которая конечно испугала, но почему-то не показалась уж столь бредовой..

Глава 2.

В доступной человечеству вселенной нашлось немало миров, где имела место быть биологическая жизнь, возникшая благодаря их уникальным природным условиям.

Планета Зея как раз относилась к таковым и до колонизации была заселена племенами сильно отстающих в развитии гуманоидов. К сожалению, местным аборигенам пришлось переселиться в резервации за хорошо охраняемый Периметр, дабы не мешать человеческой экспансии, которая затронула не только их родную планету, а и ее безжизненную, но богатую залежами соседку Геру. Именно благодаря редкостным природным ресурсам на Гере находился основной промышленный потенциал всей звездной системы Кастор. Зея же обладала довольно мягким климатом и являлась курортной зоной – тихим, уютным уголком Вселенной, находящимся под патронажем короля Британской Звездной Империи.

Городок Тилсбери раскинулся в сейсмически устойчивой зоне этой планеты и служил резиденцией герцога Зейского. Кроме того, он славился своими целебными источниками, благодаря чему стал паломничеством всякого рода больных, предпочитающих лазерному скальпелю хирурга лечение чудодейственными водами.

Именно этот город выбрал в качестве безмятежного пристанища космический бродяга Вильям Бартон, однажды осознавший, что к пятидесяти семи годам уже полностью удовлетворил некогда томившую его жажду приключений, и настало время заняться серьезно пошатнувшимся здоровьем, подлечить застаревшие раны.

Так случилась, что жизнь солдата удачи, прошедшего последнюю Галактическую войну и принимавшего участие в добром десятке локальных конфликтах, принесла некоторые дивиденды, позволившие купить небольшой домик в Тилсбери, разбить сад и копаться в земле, занимаясь разведением цветов.

Бартон прожил почти половину отведенных ему среднестатистических лет и представлял собой еще весьма привлекательного мужчину. Он был высок, крепок и смугл. Из-под седых бровей смотрели спокойные, но пронизывающие глаза, удивительно синие для такого смуглого лица. Бартон по привычке носил короткую армейскую прическу и предпочитал неброские скромные одежды, но на его костюмах всегда лежал некий отпечаток изящества, говоривший о хорошем вкусе. Весь его облик совсем ни вязался с новоиспеченным образом добродушного цветочника Билли, славившегося на всю округу тем, что мог запросто подарить редчайшие, баснословно дорогие орхидеи с планеты Гарпий какой-нибудь невзрачной девчушке, спешащей на выпускной бал.