На равной дистанции с теми, кто двигался с фронта, Потемкин на слух уловил приближение с тыла. «Эпицентр!» — мелькнуло в мозгу. Сойтись, очевидно, могли все на одном рубеже — на котором «припал» Потемкин. Даже вякнуть Андрею по рации было нельзя — по причине сохранности, как можно дольше, гробовой неподвижности и тишины…

«Аккурат попал!» — сделал вывод Потемкин. Те, что спереди: двое знакомцев, двигались побыстрее. «Наоборот бы, а?» — пожалел Потемкин. Покурить бы сейчас, успокоить нервы… А он уже и дышать перестал!

«Двое, кажется, сзади, — угадывал он, и по шуму определил, — с поклажей!.

Ничего себе! — «Может, собака не та?!» — вспомнил он, — Ох, еще как она -та! — посмеялся он про себя. И как загнанный в угол, уже не сводил с нее глаз.

Хозяин поглядывал на дорогу и по сторонам, а пес понимая на слух направление, торопил вперед. «Быстрее закончим, — полагал ум собачий, — скорее покинем пустырь!».: Собаки бесхитростны — замыслы хитрые, места не знают в их преданных и бессловесных душах.

Кроме того, она лучше хозяина знала, что нет ничего там — на сзади, ни по сторонам. «Хорошо, что бесхитростны!», — передохнул, почти в полную грудь, Потемкин, — Собака вела по прямой, пролегающей таки, чуть-чуть стороною, чуть мимо Потемкина.

Обстановка в тылу обретала ясность. Два человека, — установил Потемкин, определил направление. Приглушенными голосами, стороны перекликнулись. Из зоны, пока еще вне взаимной видимости, установился контакт.

Потемкин, — совсем уже рядом, в пяти шагах, видел «знакомцев» в профиль. Искорку в черном глазу собаки… Еще два шага, и они пройдут мимо.

Потемкин уже все предвидел. Стороны сходятся, все — время «Ч»!* (*армейский термин — время начала боевой операции) Потемкин по рации кликнет Андрея, и все — и пора открывать бомболюки. Вперед!

Собака, влекущая шефа на поводке, сбила темп. Остановилась, присела, и потянула ноздрями воздух. «Ну, да, — онемел Потемкин, — как можно не замечать своих старых знакомых?!». «Может, мимо?» — надеялся он еще...

— Ну! — подтолкнул пса хозяин, и сделал шаг дальше.

Пес тормознул четырьмя и взвился, — он понял все! И хозяин, естественно, понял — не шутит! Рука потянулась к застежке на поводке, у ошейника. «Пес разберется!», — поймала рука карабин застежки. И, застыла …

Из-под земли вырастал милиционер, с пистолетом в руке.

— Будет команда «Фас!» — и не будет пса! — отчетливо предостерег он.

Пес рвался к нему, а он: пистолет в руке не качнулся, — достал, подтянул к губам микрофон, и сказал:

— Давай!

— Можно с музыкой?

— Можно!

Убрав микрофон, милиционер сказал строго:

— Стой здесь!

Голоса в тылу стихли, и он поспешил туда.

— А-ааа! — прокричал во все горло хозяин собаки и кинулся прочь.

Пошел шум и треск. Те, увидеть которых Потемкин еще не успел, ломанулись в кусты.

— Черт! — возмутился Потемкин. И резво, как те же, ломая кусты, полетел за ними. Собака, увидев столь резво рванувшего прочь, развернулась в прыжке и рванула за ним же. Чуть с ног не слетел, влекомый овчаркой на поводке, хозяин. Не мог он, в таких обстоятельствах, ухватиться за карабин на ошейнике. И, набирая скорость, летел за собакой вслед.

Слетела на землю поклажа, — увидел Потемкин, увидел мелькавшие спины. Он быстро бежал! А сзади, их всех настигала собака, с хозяином на поводке.

Заливисто, в утренний час, голосила сирена, мелькали окрест ярко-синие блики — Андрей подгребал на УАЗике, «с музыкой», к месту общего сбора.

— Ну, все, мужики! — сказал просто, Потемкин, подсечкой сбив наземь бегущего, и в два прыжка, настигая второго.

Андрей, и те двое — все были тут же!

Дыша хрипло, тяжко и глубоко, в себя приходили «спринтеры».

А Потемкин, почти без одышки, заметил:

— Хороший у Вас, уважаемый, пес! Берегите его…

«Удавил бы, своими руками!» — подумал, наверно, хозяин. Покосился на пистолет, и забыл окончательно, слово «Фас!».

Андрей обогнул машину, и в задней части ее, открыл дверцу с решеткой в оконном проеме.

— Андрей, присмотри, — попросил Потемкин. И направился рассмотреть поклажу.

В двух, объемных холщовых баулах, были запчасти.

— Нормально! — Потемкин достал сигарету. Он так ведь давно уж хотел покурить…

Когда он вернулся, все трое, и с ними собака, стояли у той, с окном зарешеченным, дверцы.

— Отставить! — сказал им Потемкин, — Товар кто грузить будет? Идемте со мной. — повернувшись к компании боком, жестом регулировщика он показал направление. — А ты, — попросил Андрея, — подгони нам подводу.