— Всем необходимо пройти полную дезинфекцию.

Никто не возражал — космолетчики знали: мерами предосторожности в такой ситуации пренебрегать не следовало. Этот вирус полностью уничтожает человека — сначала мягкие ткани, затем потверже, пока не останется даже скелета…

Первым пришел в себя полицейский Гучану. Вирусы не успели развиться в его могучем организме в достаточной мере. Открыв глаза, он не обнаружил среди окружавших его людей ни одного знакомого лица.

— Кто вы такие? — спросил он требовательным тоном полицейского.

— Мы — спасатели, — произнес лейтенант Вулли.

Гучану вздохнул с облегчением.

— Мое имя Рон Гучану. А как остальные мои товарищи? И что с нашим судном?

— Ими занимаются наши специалисты. Какова была ваша должность на полицейском катере? — задал вопрос Лан Бар.

— В рейс я пошел старшим механиком.

— Когда вы заболели, сколько человек ещё оставалось на ногах? — спросил Вулли.

— Я заболел одним из последних. Здоровых на тот момент оставалось только двое — капитан Брес и штурман Ли. Надеюсь, с ними все в порядке?

— Ли? — встрепенулась Диана. — А где эти двое находились в тот момент, когда у вас началось проявление болезни?

— Капитан в рубке управления, а штурман неизвестно где. Очень может быть, что вместе с капитаном.

— В рубке управления было два скелета. Какая страшная смерть, — прошептала Диана.

— Вы сможете помочь нам, если опознаете тех из ваших товарищей, кто остался жив, но еще не пришел в себя, — произнес Вулли.

— А разве многие умерли?

— К сожалению, очень многие, мистер Гучану.

Капитан видевший все, что происходило, на экране своего монитора вызвал к себе Диану.

— Мисс Ли, — спросил он её, когда девушка переступила порог капитанской рубки. — Этот штурман Ли — ваш родственник?

— Сводный брат по матери. Мы с ним провели вместе раннее девство, но затем судьба развела нас в разные стороны. Так и не случилось встретиться.

— Я вам искренне сочувствую, но дело — прежде всего. Что вы скажете по поводу увиденного?

— Трудно пока делать какие-либо выводы, — голос девушки стал каким-то бесцветным. — Наличие вируса поглощения спутало все карты. Это очень редкий вирус. И встречается он совсем в иных условиях.

— Как это понять? — Адамович имел о вирусе поглощения самое смутное представление.

— До сих пор этот вирус был известен только на одной дикой планете с тропическим климатом. В условиях цивилизации он никогда прежде не встречался, и тем более в открытом космосе. Очень странно, что он смог адаптироваться к такой среде.

— А если предположить, что вирус изменился?

— Мутировал? Нет. Такое маловероятно. По данным наших исследователей, эволюционный ряд этого вируса завершился еще несколько миллионов лет назад. Для своего класса он является вершиной, которой уже незачем совершенствоваться — он и так может справиться с любыми перипетиями в своем окружении. Его генетическая структура уже своеобразно "закостенела", для того, чтобы она вновь обрела способность к эволюционированию, нужно что-то экстраординарное. И не факт, что этот вирус сумел бы выжить при таком варианте развития событий. Нет, капитан, это почти невозможно.

— Но тогда как вы можете пояснить его присутствие на полицейском катере? Каким чудом его вообще занесло в космос?

— Помните, я вам говорила, что наш вирус "космической чумы" умело маскировался под другие. Например, под тропическую лихорадку?

— Помню, — кивнул Адамович. — И вы считаете, что вирус, "космической чумы" сымитировал вирус поглощения?

— Не исключено. Могу точно сказать только то, что вирус поглощения сам по себе в условия космического корабля развиться не может ни при каких обстоятельствах. Разве что, его привезти туда в специальных контейнерах с подходящей микрофлорой. Но кому это могло бы понадобиться на полицейском катере?

— Жаль дневников судового врача полицейских мы не нашли, — сокрушенно покачал головой Феликс.

— Я возлагаю некоторые надежды на тело, которое лежит в нашем морге. Я сегодня же возьмусь за него.

— Только обязательно наденьте скафандр и возьмите с собой доктора Тима.

— Хорошо. Я ухожу.

— Идите, но держите меня в курсе. Еще раз примите мои соболезнования.

— Спасибо.

…На следующий день очнулся еще один из членов спасенной команды и потребовал немедленно вызвать к нему капитана.