От этих слов, признаюсь, у меня по телу пошли мурашки. Думаю, как и у большинства прочих зрителей. Ясновидящая говорила о неведомом ребенке с такой уверенностью, с таким отчаянием в голосе, что не поверить ей было нельзя. Даже ведущий, как мне показалось, чувствовал себя неуютно.

– Поведайте нам что-либо еще! – потребовал он. – И вы уверены, что речь идет о мальчике?

А за сценой студии находились фальшивые родственники никогда не исчезавшего пенсионера с собачкой – якобы его супруга, дочка и внук, являвшиеся в действительности профессиональными актерами, нанятыми для участия в шоу. Им надлежало беседовать со Светланой, снабжая ложной информацией.

– Конечно, я уверена! – оборвала ведущего экстрасенша. – Он нашел смерть в странной комнате... Там из вещей только прогнивший матрас... с зелеными, желтыми и фиолетовыми кругами, квадратами и треугольниками... Бетонные голые стены... Железная дверь... Очень похоже на какой-то бункер!

– Бункер фюрера? Опять, значит, фрицы? Гитлер капут? – крайне неудачно сострил ведущий, но его глупой реплики никто даже и не заметил.

Светлана продолжала:

– Он говорит, что это был черный фургон... И почему-то Эйфелева башня... Нет, дело происходило в России, а не в Париже, не понимаю, отчего у меня перед глазами Эйфелева башня... Но она имеет какое-то отношение ко всему случившемуся...

– Э... Светлана... – снова встрял ведущий, – не желаете ли побеседовать с родственниками исчезнувшего? Дело в том, что речь идет вовсе не о мальчике, а о пенсионере Василии Харитоновиче Сазонове, семидесяти шести лет, и о его таксе Жозефине...

– Нет! – заявила Светлана так резко, что все, в том числе и я, вздрогнули. – Вовсе никакой не пенсионер! Не знаю ничего о пенсионере и его таксе! Это он... Феликс!

– Феликс? – глумливо произнес ведущий. – Дзержинский? Или князь Юсупов, граф Сумароков-Эльстон, убийца Распутина?

Вот поразительно – на ведущего зашикали из зрительного зала, а чей-то мужской бас внятно произнес:

– Заткнись, козел, а то морду намылю! Дай ей с ребенком поговорить!

Да, похоже, ложная история обернулась против своих же создателей. Все же Светлана что-то почувствовала, уловила фальшь и решила презентовать кошмарную, но такую интересную историю о некоем двенадцатилетнем Феликсе! И ведь ее трюк выведет экстрасеншу в финал!

– А ваш Феликс... Тот мертвый мальчик, который одновременно и в студии, и в совершенно ином месте... – заикнулся после продолжительной паузы ведущий. – Как он оказался в бункере? Играл, упал, очнулся – гипс? Я хотел сказать, он случайно туда попал? Дверь закрылась, мальчик задохнулся...

– Нет! – заявила Светлана. – О, нет! Он стал жертвой изощренного преступления, и в бункере оказался не по своей воле. Этот черный фургон... и Эйфелева башня... Они как-то связаны с его судьбой. Ну конечно, его похитили! Именно на фургоне!

Я, дрожа, посмотрела на депутата Митрохина – тот наморщил лоб и тяжело дышал. Иллюзионист Черносвитов был бледен, как полотно, и сцепил руки на животе. Вот ведь какое неизгладимое впечатление произвел рассказ Светы на членов жюри! И никто не посмеет порекомендовать публике голосовать против нее!

– Э... Нам все же необходимо вернуться к пенсионеру Василию Харитоновичу Сазонову и его родственникам, которые любезно согласились прийти на эфир... – снова завел свою шарманку ведущий. И боязливо оглянулся, ожидая, видимо, что обладатель сочного баса вынырнет из темноты и приведет в исполнение свою угрозу «намылить морду». Однако если ведущий не будет гнуть свою линию, тогда морду ему намылит Дима Виллис!

Светлана же, закрыв глаза и вытянув вперед руки, заговорила:

– Браслет... Я вижу браслет... серебряный... Нет, кажется, из другого металла, но тоже ценного. Платина! Он покрыт узорами... Животные и растения переплетены в причудливом узоре... На Феликсе желтая футболка с белой окантовкой, а на спине – большая черная единица. Темные джинсы... кроссовки... Мальчик очень переживает за родителей, потому что они любят его больше всего на свете... И он знает, что его исчезновение стало для них подлинной трагедией. Феликс просит простить его, потому что он не хотел этого!

Ведущий подал знак рукой, и вспыхнули яркие софиты.

– Ну что же, уважаемые зрители, мы стали свидетелями сеанса черной магии, за которым непременно должно последовать ее разоблачение. И оно сейчас будет вам предъявлено! Дело в том, что наша достопочтенная ясновидящая оказалась не на высоте – в действительности речь шла о пенсионере Сазонове...

В эфир пошел ролик о фальшивой жертве. Публика стала выражать протест, многочисленные голоса требовали предоставить слово Светлане и позволить ей и дальше общаться с мальчиком.

– Как говаривал великий пролетарский писатель Горький: «А был ли мальчик?» Вот в чем вопрос, вот где собака порылась, как сказал бы великий немецкий писатель Гёте! – пытался спасти ситуацию ведущий.

Еще бы, такой конфуз! Подлинный бунт на «Баунти», причем в прямом эфире! И ведь не вырубишь и не зарежешь программу. Поэтому мы срочно ушли на внеплановую рекламную паузу.

Ведущий с горем пополам призвал к спокойствию некоторых разбушевавшихся зрителей. А особо рьяных даже вывели прочь. Я обратилась к иллюзионисту Черносвитову, лицо которого уже приняло нормальный оттенок, с вопросом: