— Нет, в данном случае все иначе. Собственно, в последнее время хозяин часто писал сценарии для телевизионных сериалов и знает все премудрости. Этой пьесе уже несколько лет, и в театре ее не ставили. Кажется, продюсер считает, что она будет иметь больший успех, если удастся приспособить ее для телеэкрана.

Домине налила себе вторую чашку кофе и снова кивнула. Было очевидно, что Грэхем ценил талант своего работодателя и гордился собственным знанием его работы. Она подумала, что, возможно, ее тоже очарует его творчество.

— Вы… вы поедете с нами в Йоркшир? — спросила она.

Грэхем отрицательно покачал головой:

— Нет, мисс Грейнджер. Здесь мои владения. В «Грей-Уитчиз» и без меня хватает прислуги.

Домине нахмурилась.

— Я думала, что, поскольку вы… Как вас назвал мистер Мэннеринг — джентльмен джентльмена? — Она улыбнулась. — В общем, я думала, вы всегда сопровождаете его.

Казалось, эти слова позабавили Грэхема.

— Мистер Джеймс не из тех, кто любит избыточное внимание к своей персоне, — ответил он. — Мой предыдущий хозяин, лорд Бестингхот, требовал от меня исполнения обязанностей камердинера, но, боюсь, мистер Джеймс не потерпит подобного рода услуг.

Домине допила кофе и удовлетворенно вздохнула.

— Все было очень вкусно, Грэхем, — с благодарностью произнесла она. — Я и не думала, что так голодна.

Грэхем с довольным видом взял поднос.

— Что ж, уже почти двенадцать, — сказал он. — Мистер Джеймс скоро будет. Если вы не против, я пойду готовить ленч.

— Разумеется, — согласилась Домине. — Я пойду застелю кровать…

— Даже не думайте об этом! — в ужасе вскричал Грэхем. — Это моя обязанность. Отнеситесь к этому как к должному. Вон там есть видеомагнитофон и много кассет. Посмотрите их или найдите себе какую-нибудь книгу. На полках их полно.

Домине поджала губы и подчинилась. Ей не хотелось признаваться, что она не умеет обращаться с видеоаппаратурой, и она стала рассматривать книги на полках, ища что-нибудь интересное.

Среди томов в переплетах преобладали справочники, но в обложках нашлись триллеры, детективные романы и кое-какие бестселлеры, на которые она посмотрела довольно неуверенно, вспоминая, что другие девушки говорили о романах, становящихся бестселлерами, и их содержании.

И вдруг зазвонил телефон, модный аппарат цвета слоновой кости. Она не взяла трубку, потому что прежде никогда не отвечала на звонок, если ее не просили, о через несколько секунд, когда она поняла, что Грэхем либо не слышит звонка, либо ожидает, что она ответит, Домине подняла трубку и, нервничая, поднесла ее к уху.

— Алло, — мягко произнесла она. — Кто говорит?

— Это Бэлгрейв 04-041? — осведомился властный женский голос.

Домине поспешно сверилась с номером в центре телефонного диска.

— Д-да, — с запинкой произнесла она, — все верно.

— Тогда с кем я говорю? — резко спросила женщина. Домине заколебалась.

— Э… меня зовут Домине Грейнджер. Я подопечная мистера Мэннеринга, — ответила она. — Если вам нужен он, к сожалению, его нет дома.

Женщина на другом конце провода помолчала, а потом сказала:

— Понятно. Вы знаете, когда он вернется?

Домине огляделась и с облегчением увидела, что в комнату вошел Грэхем. Прикрыв трубку ладонью, она сказала:

— Звонит женщина. Ей нужен мистер Мэннеринг.

Грэхем нахмурился.

— Вы знаете, кто она?

Домине вздохнула, поморщившись:

— Господи, конечно нет.

— Так спросите ее.

Домине закусила губу и убрала ладонь.

— А кто… кто его спрашивает? — неловко спросила она.

Из трубки донеслось приглушенное восклицание, и женщина сердито ответила:

— Можете сказать ему, что это Ивонн. Он там? Он будет говорить со мной?

— Нет! — Домине испугалась и снова прикрыла ладонью трубку. — Она… она считает, что мистер Мэннеринг дома и я не даю ей поговорить с ним! — воскликнула она.

Грэхем усмехнулся.

— Скорее всего, это Ивонн Парк, — заявил он голосом осведомленного человека, и Домине воззрилась на него в изумлении.

— Да, она сказала, что ее зовут Ивонн, — прошептала она.

— Тогда дайте мне трубку, — протянул руку Грэхем, и Домине с облегчением отдала ему трубку, отошла к окну и постаралась не прислушиваться к дальнейшему разговору. Это оказалось нелегко — услышав часть беседы, она хотела знать, что будет дальше.

Грэхем, надо признать, прекрасно справился с ситуацией, хотя из его ответов было ясно, что эта женщина не верила, будто Мэннеринга нет дома. Но Грэхему все же удалось наконец убедить ее в этом, и он пообещал, что скажет мистеру Мэннерингу о ее звонке, как только тот вернется. Положив трубку, он с сочувствием взглянул на Домине и сказал: