— Так поступил бы любой другой… Я же был при твоём разговоре с графом, ты помнишь? — Барон даже перешёл на "ты", лишая разговор официальности, желая стать ближе. — Он унизил тебя. Он тебя обидел. И что, ты даже не попытался отомстить ему через его дочь? Ты ни разу не сделал ей больно?

Маркграф устало прикрыл глаза, стискивая пальцы на обеих ладонях в кулаки.

— Ниард, мальчик мой, я же вижу, что что-то не так…

— Это она вам сказала, да? — Он разозлился. Что ж, когда защищаешься, реакция, может быть и такой. — Я не хочу об этом говорить! Это моё, понимаете? Только моё! Я и так сделал для неё всё, что мог! Я дал ей больше, чем должен был! Чем дал любой бы другой на моём месте, а она…

Барон взял его за плечи, больно впился пальцами.

— Она не при чём…

Маркграф вдруг сник, понимая, что сказал больше, чем следовало, и начнутся новые вопросы. Барон прошептал мягко, доверительно:

— Что-то не так ведь, верно? — Мягко встряхнул за плечи, заглядывая в лицо. Но Ниард дёрнулся, пытаясь сбросить с себя руки барона, зло глянул снизу вверх через изогнутую чёрную бровь.

— Отпустите меня! Я не хочу говорить об этом…

Но руки барона сбросить ему не удалось, наоборот, пальцы ещё сильнее впились в плечи, больно.

— Что ты скрываешь? Ниард?

— Спросите у неё…

— Она никогда не скажет, я уже пробовал… Ты же взял с неё слово, верно?

— Я не хочу! — Он дёрнулся всем телом и рывком поднялся на ноги, теперь глядел на барона сверху, он был выше его, но барона Дарла это нисколько не смущало. Маркграф отвернулся и, помолчав немного, добавил:

— Я много лет жил с этим и буду жить дальше. Вы приедете и уедете, а я останусь. Я никому никогда не говорил и не скажу. — Резко обернулся и добавил к уже сказанному:- Это — моё! Только моё!

— А если я смогу помочь?

Ниард вдруг рассмеялся холодно, обидно.

— Не надо, барон… Мне никто не поможет, кроме меня самого, а я не хочу. Меня устраивает моя жизнь… — Барон перебил его:

— Ты болен?

— Нет! Конечно, нет… Не пытайтесь, пожалуйста. Я понимаю, что вы радеете за неё, но, поверьте мне, её устраивает жизнь со мной. Мы живём по обоюдному согласию. — Он усмехнулся. — Как вы думаете, что должна испытывать девушка после того, как пережила насилие? Как она должна относиться к мужчинам? Ко всем мужчинам… Вы пробовали поставить себя на её место? Что она пережила, понесла от насильника, и никто не захотел её понять, даже родной отец…

— Подожди! — Барон Дарл перебил его. — Ты ведь не спишь с ней, правда? — Маркграф промолчал на этот вопрос. — Ты не трогаешь её, а как же ты?.. У тебя есть любовница? Здесь, в Берге? Кто она? — Он нахмурился, вспоминая всех женщин в замке — одни служанки, но со всеми господин был официально сдержан. — Как же ты…

— Не утруждайте себя, пожалуйста! — Теперь настала очередь Ниарда перебить его. — Хватит! Я не хочу больше об этом говорить… Уже поздно…

— Подожди! — Барон понимал, что если сейчас он не услышит всей правды, то не услышит её уже никогда. — Ниард! Это же не всё!

— Что? Что вам ещё от меня надо? Да, я не сплю с вашей племянницей, потому что она сама об этом попросила, потому что она боится мужчин. Да, возможно, у неё никогда не будет детей, можете так и передать своему сеньору, её отцу…

— А ты? Ты же можешь развестись и жениться заново! Тебе нужна полноценная жена и наследники, тебе нужны сыновья.

— А вашу племянницу выставить на улицу?

— Она могла бы уйти в монастырь.

— Граф не допустит этого.

— Ты можешь сам отпустить её…

Стоп! Об этом Ниард не думал, конечно, он ведь мог сам после развода отпустить её в монастырь, но он никогда не думал об этом, и слова барона вызвали раздражение. Барон спросил мягко:

— Ты сам прикрываешься ею? Так? Тебя вполне устраивает то, как вы живёте? Ты скрываешь свою любовницу? Кто она? Это какая-то влиятельная дама? — Ниард поморщился, как от сильной головной боли. — Она замужем, да? Ты боишься назвать её имя? Боишься гнева её мужа? Вы где-то тайно встречаетесь? Кто об этом ещё знает? Ты знаешь, как это опасно?

Ниард всердцах вскинул руки и стиснул запястьями виски, силясь хоть как-то остановить это безумие, прекратить то, что слышал, зашептал:

— Нет… Нет… Нет… Нет у меня никакой любовницы…

— Конечно, ты слишком молод, чтобы иметь влиятельную любовницу. — Барон помолчал. — Если это не женщина, то… — Глаза барона Дарла стали больше в два раза. — Мужчина? Ты связан порочной связью с мужчиной? Содомский грех! Боже мой! Ниард! — Сказать, что барон был удивлён — ничего не сказать! — Кто это? Это барон Гердис?