– Давайте пока с имени начнем, – предложил Эрзон.

– Мне Алекс нравится. Хоть у нас такие имена и не встречаются, но на слух воспринимается без удивления, – сказала Алиена.

– Не возражаю, пусть будет Алекс. Не против? – уточнил Эрзон.

– Нет. Это одно из моих любимых прозвищ. Купцом я быть тоже не могу. Может, тогда буду воином? Ну, скажем, Эрзон себе смену готовит, и я у него обучаюсь?

– А что, неплохо, это может многое объяснить. Допустим, я тебя с малолетства обучал, а сейчас в мир вывел. Мечом ты владеешь хорошо, вот только одежду купить, и готовый телохранитель.

– Кто же его в телохранители возьмет? Молодой он сильно. Ты мне покажи хоть одного такого. – Алиену эта идея, похоже, не вдохновила.

– Так он учится пока, может и не телохранителем работать, а, скажем, охранником у купцов или у тех, кто много денег за охрану заплатить не в состоянии. – Эрзон помолчал, а потом задал ей вопрос: – А у тебя что, лучше идеи есть?

Алиена задумалась, я тоже молчал, мне идея быть охранником или телохранителем очень понравилась.

– Нет, идей и правда других нет. Ладно, пусть будет охранником, – согласилась девушка.

– Вот и порешили. Значит, так, называть мы тебя с этого момента будем Алексом; ты – мой помощник и ученик, которому я время от времени перепоручаю свою работу. Вот одежду тебе подходящую приобретем, и, думаю, к нашей легенде не подкопаешься, – подвел итог Эрзон.

Алиена почесала в затылке:

– А зачем мы едем в город? К кому? Для чего?

– Едем к магу-целителю, зовут его Тиол. Так как ты учишься на мага, твой отец попросил его немного помочь тебе в освоении нескольких сложных заклинаний, которые не очень давались тебе в академии. Сойдет?

– В принципе… – Алиена задумалась. – Сойдет. Если надо, я хоть сейчас придумаю пару заклинаний, которые мне не даются. Только немного переиначим. Мой отец попросил Тиола, чтобы он помог мне закрепить пройденный материал за первый курс и подготовил ко второму, так, мол, учиться легче будет.

– Можно и так, – согласился Эрзон.

– Ну а теперь расскажи, к кому мы едем, и откуда ты его знаешь, – попросила Алиена Эрзона.

Тот несколько минут молчал. Мы его не торопили, ехали в полной тишине. Потом он произнес:

– Целитель Тиол – старый друг Лаверента и бывший учитель Изабель. Он не знал, что произошло, и когда в очередной раз приехал в гости, замка уже не было. Он ученый и целитель, ему нет никакого дела до политики. Он очень переживал смерть твоей матери, но про тебя я ничего не рассказал, побоялся. Меня-то Тиол сразу узнал, он частым гостем в замке был. А в предательство, да и в смерть Лаверента он не поверил. Он приезжал еще несколько раз и все просил меня, чтобы, если объявится Лаверент, я с ним, с Тиолом, связался в первую очередь и удержал Лаверента от необдуманных действий.

Эрзон замолчал.

– А теперь он знает про Алиену? – спросил я Эрзона.

Воин отрицательно качнул головой:

– Нет, в письме я ничего о ней не писал. Письмо-то ведь и в плохие руки попасть могло.

– Ты сказал, что писал несколько писем, а ответил тебе только Тиол, правильно? – уточнила у него Алиена.

– Да, я написал три письма, одно к Тиолу, а два других тоже предназначались старым друзьям Лаверента. Но одного из них, как оказалось, нет в живых, а второй отсутствует в столице. – Воин на мгновение задумался и продолжил: – Вроде разобрались, давайте теперь побыстрее поедем, а то такими темпами мы в столицу только через год попадем.

Скорость передвижения возросла, но никакого дискомфорта я не ощущал, хотя еще недавно в седле вообще сидеть не умел. Думаю, в этом полностью заслуга Разума, он предугадывал все мои движения, и управлять им не было никакой необходимости. Местность оставалась пустынной. Дорога проходила через небольшие леса, пересекала нескошенные луга, иногда попадались маленькие речушки и ручейки, где вода не доходила Разуму до колена.

Выехав на очередной луг, Алиена подмигнула мне.

– Давай наперегонки, до края леса! – И сразу сорвалась с места.

Разум нетерпеливо заржал, и я крикнул ему в азарте:

– Надо обогнать их! Не опозорь меня перед Алиеной. Да и самому перед Ласткой стыдно будет, если проиграем. Вперед!

Я сразу же пожалел о своих словах. Разум сорвался с места так, что у меня из глаз потекли слезы от ветра. Единственное, что я успел сделать, так это упасть на конскую шею и покрепче обнять ее. Я приоткрыл один глаз, но вокруг все мелькало с такой быстротой, что рассмотреть что-либо было просто невозможно. Разум вдруг остановился и торжествующе заржал. Я отлип от его шеи и увидел, что мы с ним уже достигли опушки леса, а Алиена с Ласткой едва достигли середины луга, хотя и скакали очень быстро. Я спешился и, ласково потрепав Разума по холке, сказал: