Милтон дир Нарис

Белесый дымок струился из колбы, перетекая через край и "разливаясь" по столу, словно живой, осторожно прощупывая незнакомый ему мир призрачными туманными щупальцами.

Маг, наблюдающий за процессом, удовлетворённо хмыкнул и потянулся за другой колбой с реактивом.

– Хорошо. А, если мы добавим ещё вот это?
– в колбу с изумрудно-зелёной жидкостью и белёсым дымом упали тщательно отмеренные две крупные капли, насыщенного рубинового цвета.

Секунду спустя, негромкий хлопок оповестил об успешно прошедшей алхимической реакции. Жидкость в колбе обесцветилась, а на дне образовался кристаллизованный осадок: игольчатой структуры тускло коричневого цвета с металлическим отблеском.

– Замечательно! Просто великолепно!
– довольно потерев руки, мужчина взял пинцет и с величайшей осторожностью потянул за колбу, высвобождая её из штатива. Поднял её на уровень глаз и, стараясь не взбалтывать, внимательно присмотрелся к образовавшемуся осадку.

– Именно то, что нужно! Малкольм был прав. Теперь осталось только сообразить, как интегрировать...
– его задумчивое бормотание, вдруг было прервано сильным шумом разговора на повышенных тонах и топотом ног по лестнице, ведущей в подвальный этаж, где была расположена лаборатория.

Вскоре, в тяжёлую, закрытую не только на засов, но и типовым защитным заклинанием, дверь гулко бухнули кулаком и с той стороны донеслось гневное:

– Милтон! Открывай, сссобака серая, я знаю, что ты там!

Узнав обладателя недовольного голоса, маг досадливо поморщился, но, не желая прерывать начатую работу, молча, с величайшей осторожностью стал переливать прозрачную, чуть тягучую жидкость в пустую коническую колбу. С ней ещё предстояло поэкспериментировать, проведя серию опытов.

Отвечать на крики он не стал, полностью сосредоточившись на процессе, не допускающим и малейшей небрежности. Структура жидкости была нестабильна и при встряхивании или любом другом механическом воздействии, могла выдать непредсказуемые, и не совсем приятные реакции. Как вариант - небольшой локальный взрыв малой мощности.

Удары в дверь не прекращались, перемежаемые проклятиями и угрозами, фоном для которых служил возмущённый голос дворецкого, настаивавшего, что хозяин, то есть сам Милтон, занят важным экспериментом и настрого запретил его беспокоить.

Подобное звуковое сопровождение несколько нервировало, но маг всё же решил сначала завершить работу на которую потратил несколько напряжённых дней, а уж после столкнуться лицом к лицу с непонятно чем взбешенным другом и начальником.

Ещё больше разозлиться Анастас уже вряд ли сможет, а вот ставить под угрозу результаты своего столь успешного и многообещающего опыта Милтону не позволяло благоразумие, помноженное на банальное упрямство.

В голове у него мимоходом проскочила мысль, что давно пора было оборудовать лабораторию звукоизолирующим заклинанием. Может позже...

И тут, когда почти вся жидкость была перелита, грохнул взрыв, сорвавший дубовую дверь с петель. И ударной волной пронёсшийся по лаборатории, звеня стеклом мензурок и взметая в воздух, аккуратно разложенные стопочками на столах, листы.

От неожиданности, рука мага дрогнула и тихий звук стекольного соприкосновения нарушил временно воцарившуюся в помещении тишину. Грянул новый взрыв, сопровождающийся жалобным перезвоном выжившей до этого алхимической посуды, и клубами на этот раз чёрного густого дыма, вмиг заполнившего большую часть помещения. Распространиться дальше он не успел, потому что тут в работу вступили стационарные, очищающие воздух от вредных примесей, артефакты.

Когда дым немного рассеялся, взглядам ворвавшегося внутрь, некогда идеально прибранной лаборатории, разозлённого мужчины и не отстающего от него встревоженного слуги, предстал молодой маг в закопчённой и продранной, местами висящей лохмотьями, мантии. Лицо и руки его тоже не блистали чистотой, а длинные, до плеч, волосы были всклочены и торчали в разные стороны.

При виде картины полного разгрома лаборатории, слуга издал горестный стон, а вот агрессивно настроенный визитёр, вдруг замер и в следующее мгновение практически сложился пополам от громкого взрыва хохота.

– Йодид твою калия, Анастас!
– отмер, застывший до этого в неподвижности маг, тихо зверея: - Какого, аммонал тебе в ванадий, демона ты здесь творишь!

– Будет впредь тебе наука, Милтон: вовремя свои обещания выполнять, - отсмеявшись, Анастас подошёл ближе и, встав напротив изгвазданного в копоти друга, непримиримо сложил руки на груди.

– Где мои книги, Милтон?
– в голосе прозвучало вновь зарождающее раздражение.

– Какие ещё книги, чёрт возьми? О чём ты?
– досадливо оглядевшись, маг стянул с себя остатки некогда рабочей мантии и бросил её на пол бесформенной кучей. Посмотрел на свои руки, провёл рукой по волосам и недовольно скривился.